Берёзка на крыше. Повесть

«Что ты, Аля! – написал Николай. – Сегодня целый день любовался тобой. Роскошные волосы! А во взгляде столько достоинства, благородства и ни капли надменности! Царица!»

Она внимательно оглядела себя в зеркале. Действительно, хороша! Водопад каштановых волос, улыбка… – очень хорошая, чуть заметная улыбка. Она поймала себя на том, что сама любуется собой, чего раньше никогда с ней не было. Но она опять написала, что ничего особенного в ней нет.

«Действительно, нет! – согласился Николай. —Ты обыкновенна так же, как обыкновенна Джоконда, как Неизвестная Крамского… Да нет! Ты – это ты, и никто с тобой не сравнится».

С тех пор у Альбины Николаевны началась новая жизнь. Ощущение счастья не покидало её. До своего дня рождения она видела мир несправедливым, переполненным страданиями, нуждой, жестокими отношениями людей друг к другу, тупыми поступками; природу блёклой, безрадостной, депрессивной; её оскорблял вид разрушенных ферм, котельной, ремонтной мастерской, которую строил её отец; на неё наводили тоску трущобы, в которых жили алкаши, и которые у них в селе называли «Шанхаем». Теперь же оказалось, что прекрасно здание школы, Дом культуры под синим небом с вытянувшимися по обеим его сторонам, как солдаты в карауле, заснеженными соснами; отремонтированные дома с новыми крышами. И она стала стараться не гулять больше рядом с руинами и трущобами.

В конце зимы прилетели чудесные птицы с грудками цвета туманной зимней зари, с высокими хохолками на головах, лимонными полосками на распущенных хвостах и обклевали ранетку-дичку, усыпанную мелкими плодами, с осени специально для них оставленными.

Ранетка стояла близко против окна, и Альбина Николаевна сделала на недавно купленный смартфон несколько эффектных снимков, которые ей самой очень понравились, и она выложила их в «Одноклассниках», собрав богатый урожай лайков и искренних восторженных комментариев.

Поразительно, но многие её знакомые, ахая и восторгаясь, спрашивали, как называются птицы, и ей пришлось объяснять, что это свиристели, что они прилетают к ней на ранетку каждый год, иногда по нескольку раз.

Николай тоже откликнулся, написав: «Изумительные по красоте фотографии! Как схвачен момент: свиристель тянется к красному яблочку, облепленному ноздреватым снегом, как крупинками сахара! И чистое голубое небо над этим чудом! Да ты, Аля, настоящий художник!»

Альбине Николаевне это очень понравилось, и она стала фотографировать небо, облака, закаты и рассветы, птиц, деревья, снег, вскрывшуюся речку и мокрые берёзовые колки3 за селом, чувствуя в душе неизъяснимый восторг творчества, о существовании которого раньше даже не подозревала.

В конце апреля, когда снег сошёл, всё высохло, и пробилась трава, она сфотографировала вечернее небо над улицей. Перенеся фотографию на компьютер, Альбина Николаевна удивилась тому, что получилось: погружающиеся во мрак дома с высокими крышами, а над ними светлые облака с тончайшими переходами белого и серого, испачканные кроваво-красными мазками.