Электронная книга - «О бедном монахе замолвите слово.». Краткое содержание книги:
— Здравствуй, Дао Ли!
Он не ищет проблем — проблемы находят его сами.
Он не волочится за красотками — они приходят к нему, и хотят его избить.
Сокровища? Чудеса? Приключения?
Найдется все, и он будет этому не рад.
Но пока крепкие руки сжимают железную метлу, и сверкание лысины затмевает отблески боевых техник — ничто не способно остановить этого младшего Дао, бредущего по дороге в небеса!
Ну а меня еще и старшие внешнего круга к тому же невзлюбили за что-то. Ну, подумаешь, надавал пощечин сопляку Ван Чжи Хану. Он думал, что если у него уровень культивации на полшага выше средней ступени накопления Ци, а у меня лишь чуть выше начальной, и что если он — городской, а я родом из мелкой деревни, то ему позволено шарить в моих вещах. Кто ж знал-то, что свинорылый засранец — сын сестры старшего Вана?
Впрочем, я все равно насовал бы ему в рыло, пускай он был бы и сыном самого патриарха.
Так вот, с тех пор мне и очки за задания зажимают. Ну, как же это: за черный Линчжи, возрастом не менее полувека, да за целый цзинь духовных пиявок, более чем пригодных для алхимии, выдать менее сотни очков содействия? Катитесь-ка к херам с такими расценками, старшие братья! Лучше сам буду продавать.
А учитель Чан мне к тому же растолковал за жизнь и за культивацию, как оно есть. Он говорил верно и логично: недостаточно Ци в организме человека для прорыва на следующую ступень культивации. Все эти промежуточные стадии — начальная, средняя, поздняя или продвинутая — все суть тлен. Главное — ступени. Культивируй, улучшай качество и контроль, ты укрепишь фундамент, но пробить границу между уровнями своими силами не дано. Нужен толчок изнутри, и добиваются его, обычно получив хорошую медицину, или природное сокровище. Вот так-то: долбись всю жизнь об стену, а чтоб пройти дальше жри пилюлю, которая стоит как каменный дом в хорошем районе. И долбись потом дальше, потому что следующая вещь, которая даст толчок к развитию, будет стоить, как поместье с садом. А еще следующая — как городской квартал. Да еще и поискать эту вещь придется. Ну а пока ищешь, тебя обойдут, как стоячего те, кого принято называть талантами. Сыновья и дочери благородных семей и кланов, избранные ученики сект, те, кого с малолетства фаршировали сокровищами, травами и пилюлями, как печеного гуся яблоками. Те, кто начал культивировать под руководством мудрых старцев сразу, как детский умишко соображать начал. Есть, правда, еще один путь — путь преодоления себя, путь вечной битвы. Сражайся, и перешагнешь свои пределы, а противник послужит ступенькой к твоему возвышению. Красиво, но… Легче допрыгнуть до неба с вершины горы, чем со дна глубочайшего колодца. И кто тогда послужит ступенькой?
— В чем тогда смысл, мастер? — спросил тогда я учителя Чана.
— Бесконечна дорога в небеса, — ответил мне с ухмылкой старик — Если не сделаешь шаг, то, как узнать, сможешь ли ее пройти?
Мой учитель — единственный высокоуровневый алхимик в монастыре, и вообще в секте. Единственная проблема — он старый. Время догонит всех, и дедан много лет пребывал в глубоком маразме. Он многое знал, но еще больше забыл, тем не менее, оставаясь сильнейшим алхимиком секты, а то и всей провинции. И маразм маразмом, но телом дед был весьма бодр. Именно он учил меня тайчи, чтобы я мог дать отпор Ван Чжи Хану с его сикофантами, и не только тайчи. Примерно в то время я и получил свою метлу.
Тогда забавно получилось. Они опять до меня докопались… Хотя, может это уже и я до них… Не помню уже, давно было. Так вот, в процессе драки попался мне под руку хороший дрын, вроде ручка от паланкина или еще что-то в этом роде… Неважно. И тем, кто напротив, поплохело. И потом еще раз. И еще. Они успели обменять очки содействия на начальную технику Каменного Кулака, но это слабо им помогло, потому что может, кулаки и каменные, а все остальное вполне себе обычное, и рожи, и ребра, и сутулые спины, и тощие задницы, в которые я их свирепо и безжалостно пинал. Праздник жизни продлился недолго: меня в первый раз посадили в монастырскую тюрьму, счастливый дрын отняли, и старший Ван самолично его сломал, а мне запретили шляться с оружием.