Ясноглазое лихо (СИ)

Я улыбнулся ему, кивком попрощался. Было приятно видеть в его глазах интерес и тревогу, пусть они и были выращены из чувства долга. Я поспешил в комнату, надо было как можно скорее переодеться, лысина под шапкой уже покрылась бисеринками пота, а нательная рубаха постепенно намокала, прилипая к спине, да и запах пота будет слишком заметен чувствительному обонянию дракона. Слишком жарко…

Встречи в библиотеке возобновились. Мы приветствовали друг друга, иногда разговаривали, но чаще исподтишка наблюдали друг за другом, смущаясь, когда ловили чужой взгляд на себе. Мне было приятно, но в тоже время тоскливо, хотелось прикоснуться к золотистой от загара щеке, заправить за ухо бело-алую прядь, поцеловать розовые губы, но… Нельзя.

Полгода пролетели не заметно. Учеба, тренировки, наблюдение. Каждое утро, выходя на пробежку, я как фанатик поклоняющийся божеству, бежал на полигон, где дракон разминался с мечом. Я смотрел, не смея оторвать глаз, от красоты боя каждый раз перехватывало дыхание. Не знаю, замечал ли он меня, но надеюсь – нет. Слишком стыдно осознавать себя преследователем. Да и жутко я выгляжу - огромный лысый увалень с мускулами, такие «варвары» только на убийства ходят.

Третья сессия прошла без волнения и как-то мимо меня. Я слишком устал, пока готовился к ней. Ментальная магия высасывала уйму сил. Я утомился до такой степени, что даже на приветствие Холоса, мог ответить лишь слабой улыбкой и кивком, сразу же усаживаясь за кипу книг. Зубрил, повторял, тренировался. В итоге, результат обрадовал, я сохранил стипендию, оставаясь ровно по середине, не отличник, но и не отстающий.

Праздник опять прогулял. Сбежал на крышу, устраиваясь на нагретом солнцем покрывале. Ветер шумел, было спокойно и хорошо.

Отдых, можно бездельничать целую неделю. Я прикрыл глаза, потягиваясь, лег, убирая руки за голову. Солнце почти село, небо окрасилось в светло розовый с позолотой из облаков. Я прикрыл глаза на мгновение, а открыв пораженно замер. Черно алый дракон сложив могучие крылья сидел на парапете, положив шипастый хвост на передние лапы, он разглядывал меня. Холос…

- Привет! – Я сел, протянул руку к его голове, касаясь кончиками пальцев теплой чешуи. Алый гребень, чернеющий к острому концу, как тлеющий уголек, начинался небольшими шипами прямо от носа. Красив. Я ласково погладил его по горячей щеке, переходя на шею. Прижался в жаркому боку, вдыхая хвойный запах с нотками дыма. Дракон наблюдал за мной хитро сощурив синие глаза. А когда я погладил под «подбородком», опустил веки, пряча чарующую синеву, тихо рыкнул, выпрашивая ласку, словно большая огнедышащая кошка. Мне было приятно, гладить дракона – такой чести удостоены не все.

Дракон расправил свои крылья с последними лучами солнца. Наклонив голову, потерся о мой живот, что-то мелодично проворчав. Я приобнял огромную голову, шепнув «спасибо», отступил, следя за полетом грациозного зверя… Счастье буквально затопило душу.

В тот вечер я не ложился спать, сидел в своей комнате и ошкуривал еловое полено. В голове жил образ величественного дракона. Я вырежу его из дерева и сделаю первый шаг, подарив статуэтку Холосу, если он ее примет, то у меня появится шанс.

Четвертый семестр не обрадовал Эльфией – эльфийской магией. Я старался, учил все заклинания наизусть, разбирал слова, пытаясь прочувствовать их суть, но руки. Грубые, мозолистые, слишком большие. Я привык ими работать, крепко держа лопату или меч, точными движениями раскалывать топором поленья, но никак не складывать знаки активации. Обидно.

Когда Эльсавэоль Палаоолу подарил мне надежду я обрадовался, но сходив на первый сеанс лечения ужаснулся. Ваэлиэль Саукалооу золотоволосый, темноглазый, надменный лекарь. Меня он не хотел видеть, а пришлось. Он безжалостно причинял боль, лечил «на живую». Я всегда сидел покорно и молча. Терпел, сжимая зубы, а он смотрел в глаза, чуть ухмыляясь. Один раз я не выдержал, застонал. Эльф хмыкнул, усилив нажим магии, боль стала ярче, я чувствовал, как сосуды корёжит, как он выправляет их отрывая и перетаскивая. Второй раз был еще хуже, прогресс был, средний палец правой руки смог согнуться под нужным углом. Я ходил к нему сцепив зубы. К четвертому разу боль уменьшилась, а эльф успокоился, уже не морщился, просто принимал как неизбежное зло. А у меня получился кобел, первый проблеск эльфийской магии жестов!

Когда началось выпрямление суставов, удаление рубцов из суставной сумки, мою нательную рубашку можно было выжимать. Боль была, но накатывала волнами, скручивала, в первый раз я до крови закусил щеку, металлический привкус во рту стал приправой к лечению. Эльф заметив мою гримасу, помог, осторожно сбавил напор и боль уменьшилась.

Осталось еще сеансов десять-пятнадцать, когда деревянная заготовка была готова, лишняя смола ушла, древесина пропиталась специальным настоем, стала мягче и податливее, лобзик будет скользить как по маслу.

Неделю я не появлялся ни в библиотеке, ни на крыше. В моей комнате кипела работа, стружка устилала стол, а передо мной стоял миниатюрный дракончик. Распахнутые крылья, на которых можно различить каждую чешуйку, шипы перерастающие в мощный гребень, могучие лапы на которые опирался дракон, он вот-вот взлетит. Не узнать Холоса невозможно.