Нэнси Дрю. Вне закона [litres]

– Пожалуй, в этом нет ничего удивительного, – заметила я. – Представим, ветераны того полка обосновались где-то в этих местах после войны и их потомки не уезжали далеко от Ривер-Хайтс. Вполне логично, что теперь их здесь много. Очевидная математика.

Гарольд закусил губу.

– Не знаю, мне это всё равно кажется странным. Если верить местной истории, в Ривер-Хайтс изначально поселились мелкие фермеры из южных и северных штатов, и в армию Конфедерации вступило не меньше человек, чем в Союз штатов. Бывало и такое, что братья шли разными путями, и это разбивало семьи. Меня всегда печалили подобные истории. Настоящая мыльная опера национальных масштабов! – драматично произнёс он. – Казалось бы, у нас должны найтись потомки с обеих сторон, но все, кого я знаю, хотят выступать за Союз.

– Вот как? – спросила я и подумала, что тоже не могу припомнить ни одного «южного» волонтёра. – Что же у нас получится, если в субботу не придёт ни одного «конфедерата»?

– Надеюсь, организаторы что-нибудь придумают, – оптимистично сказал Гарольд. – Что ж, вот и мэрия! Удачи тебе в поисках.

– Спасибо.

Мы попрощались, и я поспешила вверх по ступенькам.

Городской архив располагался на первом этаже, в хорошо освещённом современном помещении. Старое здание мэрии смыло в наводнении 1920-х, а в новом не было никаких пыльных шкафов и папок: только компьютеры и микрокарты. Если же нужно было узнать что-то из старых сведений, приходилось подавать запрос. Работники собирали информацию из церквей, школ, больниц и соседних городов, и порой на это уходило много дней.