На пути «Тайфуна» 4 [СИ, пишется]

На тропическом острове с его большим количеством осадков, реки и ручьи размыли немало каньонов и оврагов, и по одной из таких глубоких ложбинок японцы смогли прошмыгнуть ночью незамеченными. Но, лучше бы они этого не делали. Еще до рассвета американцы засекли появление непрошеных гостей, и сейчас же комбат приказал установить на гребни высот, господствующие над оврагом, станковые пулеметы. С другой стороны ложбинки артиллеристы выкатили на высокую гряду полковые орудия, и японцы оказались в огненном мешке. Пулеметы работали без перерыва, посылая вниз короткие очереди, а после к ним присоединились стрелки, засыпавшие овраг гранатами и палившие без остановки в мельтешившие внизу смутные тени. Хотя японский отряд имел при себе минометы, но без корректировки точность их стрельбы была невысокой, а вскоре джапы и вовсе перестали отвечать огнем.

Утром всех подранков добили. Сначала из винтовок, а после штыками. Приобретшие уже немалый опыт пехотинцы действовали осторожно, чтобы какой-нибудь притаившийся чарли внезапно не напал с саблей или пистолетом. Лишь одному японцу удался такой фокус, однако он нарвался на мускулистого Фармера, который был раза в два тяжелее своего противника. Билл просто двинул японского офицера прикладом, отбросив его на несколько ярдов, и никакое джиу-джитсу и умение фехтовать самураю не помогли. Он упал спиной на камень и задергался, не в силах подняться, пока его милосердно не пристрелили в голову. На этом неудачный рейд японцев и завершился. Однако, батальону все равно приказали оставить позиции, чтобы сократить линию фронта и закрепиться южнее, ближе к берегу.

Передислокация, представлявшая собой, по факту, отступление, Вэнса обеспокоила. Но имелась в этой ситуации и хорошая сторона – солдаты хоть немного отвлеклись от кровавой рутины. Побывав в настоящем бою, а не просто на учениях, все стали думать о смерти. Большинство отчаянно мечтали выжить, кто-то обреченно уверил себя в том, что живым с этого острова уже не выберется, а некоторых солдат волновала перспектива остаться калекой. Но, так или иначе, боялись все, что, в общем-то естественно. Все нормальные люди страшатся смерти, кроме сумасшедших и дураков, конечно, которых медкомиссия не пропустит. А так бойцы хоть на время отвлеклись от печальных мыслей. Им предстояло сворачивать лагерь, собирать пожитки, топать на новое место, и там копать заново стрелковые гнезда и укрытия.