Россия и Франция. От Петра Великого до Ленина

В труде, посвященном внешней политике Людовика XV, Альбер Вандаль показал возникшую перед королем Франции дилемму, центральным вопросом которой были отношения с Россией. «Казалось, что ее [Россию] притягивает к нам врожденная симпатия», – цитирует Вандаль слова Сен-Симона по поводу посещения Версаля Петром Великим, «движимым одним неудержимым стремлением объединиться с нами». С тех пор Франция стояла перед выбором: «открыто заключить союз с Россией», который пришел бы на смену ее системе союзов со Швецией, Турцией и Польшей, или же сохранять верность традиционным альянсам и еще более укрепить их, «чтобы оттеснить Россию в ее пустыни и закрыть для нее доступ в цивилизованный мир». Долгое время Франция оставалась в нерешительности, что выдавало замешательство короля перед идеей сближения со столь отдаленной и с давних пор воспринимаемой как лежащая вне Европы страной. Однако эта растерянность пройдет со временем, как свидетельствует высказанное чуть более века спустя после визита Петра Великого Виктором Гюго мнение о России и ее месте в Европе: «Сегодня Франция, Англия и Россия – три европейских гиганта. После недавних потрясений в Европе каждый из этих колоссов ведет себя по-своему. Англия держится, Франция оправляется, Россия просыпается. Эта империя, еще совсем юная посреди старого континента, в этом веке растет с невероятной быстротой. Ее будущее окажет огромнейшее влияние на наше развитие. Не исключено, что придет день, когда ее варварство придаст новый импульс нашей цивилизации».

Да, немалый путь пройден от России – варварской страны, которую нужно «оттеснить в пустыни», до юной империи, способной вдохнуть в Европу новые жизненные силы. Первым на этот путь вступил Петр Великий, именно его неодолимое стремление к союзу с Францией, несмотря на частые препятствия, привело к утверждению европейской идентичности России и ее статуса европейской державы.