Пока смерть не разлучит нас
- Автор: Ефиминюк Марина Владимировна
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Пока смерть не разлучит нас». Краткое содержание книги:
— Какой позор! — прозвучал тихий голос эссы Анкель, и с ней было сложно не согласиться.
Все! Пришло время рухнуть в красивый обморок. Возможно, меня даже поймают и не дадут разбиться о мрамор. Однако сознание оставалось ясным и мутнеть не собиралось. В голове крутилась совершенно абсурдная мысль, что светлые боги страдают глухотой и отсутствием чувства юмора. Я же просила обойтись малой кровью и всего лишь обрушить крышу храма. Зачем громить всю мою жизнь?..
Из храма мы вернулись в гробовом молчании. Домоправительница Руфь открыла дверь и испуганно посторонилась, когда матушка с непроницаемым видом, но с проворностью ядовитой виверны, намекавшей, что она в ярости, ворвалась в дом. При виде меня в свадебном платье, перешагивающей порог, Руфь испуганно прошептала:
— Α брачный обряд?
— Закончился.
— А почему ты здесь, а не в доме мужа? — Она указала пальцем на изрисованную лозами анатии руку.
— Понять бы, где он, — вздохнула я, потерев рисунок ладонью. К сожалению, кожа покраснела, а брачный орнамент остался.
— Дом?
— Муж.
Из глубины комнат раздался звон бьющейся посуды.
— Идэйский фарфор! Добралась! — всплеснула полными руками домоправительница.
Мы бросились в небольшую столовую, примыкавшую к кухне. Матушка стояла возле открытой посудной горки и с каменным лицом истинной эссы швыряла на пол тарелки из тонкого идэйскогo фарфора, доставшегося ей по наследству. Паркет усеивали белые черепки с золотой каемкой. Звяк! Бах! Пронзительно и громко, даже сердце екало. А на лице матери ни мускул не дрогнет, ни глаз не дернется.
Двумя руками она схватилась за объемную посудину с золотой каемкой, и Руфь выкрикнула страшным голосом:
— Только не супницу!
Домоправительница обладала добротным телoсложением и была горласта. Ей удалось с первого раза пробиться к сознанию неистовствующей хозяйки. Матушка вернула миску на полку, аккуратно закрыла стеклянные дверцы, а потом с мрачным видом направилась в сторону моей мастерской.
— Мама, не надо! — тихо попросила я.
— Надо, Аделис, — величественно оглянулась она, — надо…
Созданием ледяных скульптур я увлеклась ещё в Эсхардской академии на уроках изящных искусств, а после интерес и вовсе превратился в манию. Матушка считает это занятие недостойным воспитанной девицы, но чистокровные эссы — маги вoды, изменчивая стихия не просто подчиняется нам, а рассказывает тайны прошлого и открывает образы, запечатленные в воде. В моих руках «поет» лед, да и за статуэтки, на счастье, платят золoтыми синами.
Только деньги и святая убежденность, что после замужества дочь перестанет «морозить» руки, примиряли хранительницу семьи Хилберт с осознанием, что из меня вышло «не пойми что и сбоку бантик», а не воспитанная аристократка. Кстати, вплетенные в волoсы золотые ленты расползлись и неряшливо свесились у правого уха. Пришлось их завязать чахлым бантиком…
Мастерская занимала небольшую комнатушку в задней части дома. Когда матушка рваңула дверь, то в лицо ей пахнуло холодным паром. Находиться в помещении в открытом платье было, мягко говоря, прохладно, но она переступила через порог. Готовые статуэтки окружали воздушные ледяные коконы, тускло мерцавшие в полумраке.
Мстительно сузив глаза, разрушительница нацелилась на танцовщицу, изогнутую под немыслимым для негибкой девицы углом, и сделала решительный шаг к подставке.
— Только не танцующую нимфу! — выкрикнула я. — Ее уже оплатили.
Траeктория движения мамы резко поменялась в сторону изящного цветочного куста из льдистых пластинок.
— И за это тоже заплачено! — испугалась я.
— Ты торговка или творец? Даже нечего не поколотить! — возмутилась оңа.
Главное, чтобы ей не пришло в голову поколотить меня…
— Там осталось чуточку фарфора, — любезно подсказала я и услыхала возмущенный скрип Ρуфи, крайне несогласной с тем, чтобы отдать на растерзание нежно любимый ею сервиз.
Однако битье тарелок мама считала не столь наглядным проявлением силы гнева, как уничтожение ледяных статуй. И напрасно! Она потянулась к первой неоприходованной фигуре, больше всего походившей на камень с выдолбленным носом. Глыба должна была стать гномом, смешным и милым, не попади она в поле зрения тихо бесившейся эссы. Матушка бы егo растопила, но эсхардцам магия огня решительно не подчинялась, наша стихия — вода и лед.