Революция 1917 года глазами современников. Том 3 (Октябрь 1917 г. - январь 1918 г.) [FineReader 14]

В настоящее время большевизм достиг уже апогея своего влияния, и в то же время создается такое положение вещей, которое безусловно приведет, можно с уверенностью сказать, большевизм в самом непродолжительном времени к ликвидации.

Продовольственный вопрос в нашей местности, постигнутой, к несчастью, страшным неурожаем, с каждым днем обостряется до крайней степени. Доедаются последние крохи. Доставки почти нет. Продовольственные комитеты выдают по одному-два фунта ржаной муки в месяц на едока. Уполномоченные возвращаются из командировок за хлебом обычно с пустыми руками по двум причинам. Или нельзя достать хлеба по твердым ценам, или без «смазки» нельзя погрузить и отправить, а на «смазку» не дают не только по чисто моральным соображениям, но и потому, что положиться на уполномоченных нельзя: «смажет» сотню, а «примажет» тысячу.

Не всегда, конечно, уполномоченным-говорунам удается отвертеться языком - иногда приходится отдуваться боками... И прежде, до большевистского переворота, исполнение общественных должностей сопряжено было с крупными неприятностями, а теперь даже - с большим риском. Темная, голодная масса ничего и слушать не желает: давай и больше ничего! В одной волости выбранное «четырехстепенно» земство так «отметелили», что как бы не отдало Богу душу. Вообще теперь не церемонятся. Земство и разного рода выборных меняют чуть не каждую неделю. О правильных выборах, разумеется, не может быть и речи: выбирают на сходе просто криком, «горлом».

Переход имений в ведение комитетов местами поняли так, что мужики просто разбирают инвентарь и скот по рукам и это можно считать меньшим злом, так как в таких случаях имущество все-таки не гибнет, а переходит из рук в руки, в то время, как во многих из тех имений, имущество которых не подверглось разделу, животные, за отсутствием ухода, дохнут с голода.