Удивительный взгляд [ЛП]

— Ты получила больше обычного уведомления в церкви сегодняшним утром, — сказала Сесси. — Что говорить о том, что некоторые люди видели газеты рано утром. Интересно, целиком ли это соответствует духу воскресного поклонения?

— Я привыкла к тому, что на меня смотрят. — Ответила София, но «привыкла» было неверным словом для искрящегося беззаботного чувства, которое появлялось, когда ее Сон раскрывался публично. Грешно ли быть столь…упоенной своей славой? Нет, не своей славой, но своим Талантом. Интерпритация Снов оставила ее чувства растянутыми, но в хорошем смысле, будто ее разум расширялся, охватывая идеи и образы за пределами ее бодрствующего Я. Видеть, как Сны становяться явью, практически на глазах людей — это как ребенок, играющий на фортепиано с таким умением, что каждый восхищается им и хвалит его. Восхищение других и превозношение ее Снов наполняли ее радостью.

— Боу-стрит заручится твоей помощью в поиске новых фальшивомонетчиков? — спросила Сесси. — Ведь ты доказала свою точность.

— Возможно, хотя подделывание купюр не единственное преступление, которым они обеспокоены. — Произнес Левис. — Но я удивлюсь, если банк Англии не свяжется с тобой.

— Я…Это меня не беспокоит, — сказала София. Эта идея заставила ее почувствовать вину и злость одновременно. Конечно, банк Англии хотел бы иметь все приимущества в преследовании фальшивомонетчиков, хотя, без сомнения, у них был свой Провидец, работающий над этой проблемой. И не смотря на их щедрые вознаграждения, они, вероятно, не могли позволить себе ее услуги, или, скорее всего, из-за постоянных тарифов на услуги Необычных Провидцев, хотя София сама никогда не брала денег за свои Видения. Но фальшивомонетчество было серьезной проблемой — нападение на те основы, на которых держиться правительство и общество, караемо смертью. Было ли ее обязанностью остановить это, не зависимо от участия в этом лорда Эндикотта?

Эта мысль заставила злость взять верх над виной. Ей не было дела ни до каких фальшифомонетчиков, кроме лорда Эндикотта, и мысль о том, чтобы позволить ему сбежать ради поимки какого-то другого преступника была немыслима. Она раскроет преступления лорда Эндикотта и пошлет доказательства на Боу-Стрит. Они поймают его, и все увидят его осужденным и повешенным — и это будет справедливо, как перед ней, так и перед Англией. Но она не передаст контроль над своим талантом комитету фудициарно настроенных людей, которые будут говорить Софии использовать его, как они посчитают нужным.