Теперь всё можно рассказать. По приказу Коминтерна
- Автор: Нигматулин Марат
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Народное образование
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Теперь всё можно рассказать. По приказу Коминтерна». Краткое содержание книги:
Впрочем, его выражение лица всегда было таким, будто он едва сдерживает смех. Взгляд у него – ну чисто взгляд закоренелого развратника. Порочный какой-то, что ли. Когда он смотрел на меня, то мне всё казалось, что он думает, каков я без одежды.
Словом, неприятный у него был взгляд, я вам скажу.
Волосы у него были не то чёрные, не то тёмно-русые. Причёска была модная. Видно было, что волосы уложены в парикмахерской. Там им придали форму сиднейской оперы. Сам он был смуглым. Именно не загорелым, а смуглым.
– Здорово, Стефик! Как жизнь?! Всё лето тебя не видел! – воскликнул незнакомец, приблизившись вплотную.
– Здорово, Ден! – ответил Миша со всё той же усмешкой.
Тут они пожали друг другу руки и обнялись.
– Ай-ай-ай, Денис! – вдруг воскликнул Миша. – Времени-то дай бог сколько, а ты уже?! Ну даёшь! Такого я от тебя не ожидал!
При этих словах Денис визгливо захихикал, скаля свои здоровые белые зубы и потирая руки.
– Нет, ну скажи ему хоть ты, Марат, – обратился ко мне Миша. – Вот назюзюкался человек прям с утра! Ну что нам с ним делать теперь?
– Дык, пороть надо! – с усмешкой ответил я.
При этих словах Денис засмеялся пуще прежнего.
– Кстати, познакомимся, – это Марат. – представил меня Миша.
– Будем знакомы! – сказал Денис и протянул руку. – Я Денис Кутузов.
– Я Марат Нигматулин, – ответил я и пожал Денису руку.
Рукопожатие у Дениса было вялое, а ладони – влажные. У него были бледные пухлые руки с зелёными венами, руки бездельника.
– Ну, это надо отметить. Обмыть, так сказать, – сказал Денис, расстёгивая куртку и доставая из внутреннего кармана небольшую фляжку. – За знакомство! – сказал он, делая уверенный глоток.
– Дени-и-ис! – почти закричал Миша. – Ты что, прям здесь это будешь делать?!
– А чо тут такого? – удивлённо спросил Денис, прикладываясь к фляжке во второй раз. – Нельзя, можно подумать.
– Хоть что там у тебя? – немного расстроенно спросил Миша.
– Ро-о-ом! – с блаженной улыбкой на лице протянул, почти пропел Денис – Ты будешь?
– Ну, можно по маленькой, – ответил Миша и тоже хлебнул ароматного напитка. – Холодно нынче. Чёрт его знает, сколько мы ещё стоять тут будем. – Ты будешь? – спросил он меня.
– Нет, спасибо, – тактично отказался я.
– Ну, как хочешь, – ответил Миша. – А вот я ещё выпью, – и он сделал ещё глоток.
С минуту мы стояли молча. Когда тишина стала угнетать, Миша наконец-то заговорил.
– Тоня-то будет сегодня? – спросил он у Дениса со всё той же усмешкой.
– Будет. Куда она денется, – равнодушно ответил Денис, делая новый глоток.
– Рабов, небось, много наловили за лето-то, а? – вновь спросил Миша.
– Мно-о-ого!.. – ответил Денис, расплываясь в довольной улыбке. – Два пятых класса. Там наши все!.. Поголовно все наши!
– Да-а-а, мно-о-ого… – ответил Миша, погружаясь в некую задумчивость.
Тут он сделал небольшую паузу. Мы продолжали стоять под дождём, всё больше промокая.
– Дом-то свой скоро достроите? – вдруг спросил Миша.
– А то Тоня всё обещала да обещала, а вот не закончите никак.
– Скоро, – равнодушно и кратко ответил Денис, закуривая.
– До Нового Года управимся. Мы, собственно, и думали там Новый Год встречать… Ты к нам приедешь, если получится?
– Ну уж нет, – ответил Миша и цыкнул зубом. – Знаю я ваши «Ты к нам приедешь?» и вот это вот всё. Накачаете и меня чем-нибудь, потом разденете и на порнуху фоткать будете! А потом ещё и шантажировать! Ага, так я вам и поверю. Нет уж, – на вашу новогоднюю оргию я не пойду. И далеко это, тем более. Нет, в ваши ебени я не попрусь ни за что! Всё, Денис, даже не уговаривай.
– Ладно, – всё тем же равнодушным тоном ответил Денис, пуская изо рта дым. – Больно умным ты стал, Миша. И вообще занудный ты сегодня какой-то.
– Да не выспался просто, – ответил Миша, зевая.
На некоторое время среди нас снова воцарилась тишина. Денис преспокойно курил себе одну сигарету за другой. Миша скучающе глядел на асфальт, где дождь уже смыл последние остатки сделанных мелом надписей. Я думал. Я изо всех сил думал о том, что я сейчас услышал. Но я ничего не мог понять. Когда я уже совсем отчаялся, то не выдержал и робко спросил: «А что это за Тоня, что за рабы?».
Сначала Мша слегка напрягся, потом посмотрел на меня полным сочувствия взглядом, а затем обернулся к Денису и спросил его: «Как думаешь, расскажем ему?».
– Зачем? – всё так же равнодушно ответил Денис. – Время придёт – сам узнает. Уже скоро, часа через два, – тут Денис посмотрел на свои модные и навороченные наручные часы.
– Сколько там? – спросил Миша?
– Уже девять, – ответил Денис. – Скоро.
Я напрягся. Только сейчас я обратил внимание на директора, который уже заканчивал свою речь. Когда он кончил, мы вяло ему поаплодировали.
Но едва успели стихнуть аплодисменты, как сзади раздался жуткий крик, обращённый к нам: «Что, пидарасы, столпились?! Нехуй делать вам?! Опять бухаете?!».
Я обернулся и увидел девочку. Это была Тоня. Я это понял без лишних слов.
Тоня оказалась невысокой упитанной девочкой с огромными, широко раскрытыми глазами. Нос у неё был попугайчиком. Волосы её были светло-русыми. С виду была она милой и даже симпатичной, но стоило ей открыть рот, как…
Словом, читайте дальше.
Едва только Тоня появилась на школьном дворе, как все повернулись, чтоб на неё посмотреть. Старая учительница русского языка, произносившая в этот момент свою речь, ничего не смогла сделать. Вся толпа (а там было чуть меньше тысячи человек) повернулась для того, чтобы посмотреть на Тоню. На пару мгновенийнад нашими рядами повисла оглушающая тишина. Тут только я заметил, что Тоня была не одна. За ней шли ещё человек двадцать.
И тут ткань тишины разорвалась оглушительным гулом: «Ура-а-а!». Этот гул надвигался подобно лавине и всё нарастал. Потом он понемногу стал стихать, но вдруг поднялась новая его волна, которая тоже спала. За ней пошла третья. Но едва гул затих, как я услыхал очень громкий плеск воды.
Сначала я не понял происхождения этого звука, но через секунду увидел, что десятки людей в толпе все разом стали на колени и бьют земные поклоны. Некоторые из них упали прямо в лужи и теперь умывали лица дождевой водой, втягивали её носом, морщились, но продолжали бить поклоны.
В основном это были, конечно, дети, но я заметил и одну взрослую женщину, которая аккуратно опустилась на землю там, где было суше. Рядом с ней стоял мальчик-первоклассник. Она держала его за руку и показывала на Тоню. Мол, делай как я. Мальчик стеснялся и не делал.
Денис Кутузов тоже отбивал поклоны.
Он, правда, предусмотрительно расстелил для этого кусок картонки. Его он принёс в своей сумке.
Минуты через две все устали бить челом и поднялись. Родители, стоящие несколько в стороне от детей, нервнопереговаривались. Они напоминали стадо потревоженных пони.
«Так, угомонились! Дайте госпоже пройти. Она хочет сказать слово!» – крикнула худенькая девочка со вздёрнутым носом и длинными светло-русыми волосами. Она стояла рядом с Тоней. Её распирало от гордости и волнения. Было видно, как сильно она нервничает.
Толпа расступилась, и Тоня со всей своей свитой прошла к порогу школы. Как она шла! С прямой спиной, с гордо поднятой головой! Пока она шла, из толпы раздавались крики «Тоня, спаси нас! Спаси нас от школы! Тоня, мы тебя любим!». Девочка спокойно взошла на крыльцо и бесцеремонно отняла у учительницы русского микрофон. В это же самое время сопровождавшие её товарищи окружили плотным кольцом ораторшу. Они стояли лицами к толпе, как это делают полицейские, защищающие важных персон. Худая девочка стала рядом с Тоней.
Шум в толпе всё не смолкал.
Тогда худая крикнула во всё горло: «Так, тихо всем!».
В воздухе снова воцарилась тишина.
Тоня открыла рот. Надо сказать, я только сейчас заметил, какой у неё голос. Он был невероятно высоким, порой переходящим в визг.