Посольская школа. Душа Сокола

Бегу за ними, бросив одеяло. Плевать, что на улице ночь и мёрзнут босые ноги. Тени ведут сквозь толпу. Мертвецы лениво оборачиваются к нам, но ближе не подходят.

Пить, мама, я хочу пить.

Рядом колодец. Ведро привязано верёвкой к валу. Я кручу ручку, чтобы достать себе воды. Пить. бездна. как же хочется пить.

Почему они такие, мама? Что им нужно от меня?

“Деревенские? Они давно умерли, Фредерико. Их бросили не в землю, а в колодец. Рыбы обглодали кости, но черви остались. Пей, мой мальчик. Пей воду.

Ведро тяжёлое, вода чёрная. Внутри копошатся те, кто наелся мёртвой плоти. Я лью воду на ладони, страшась того мига, когда посыплются черви. Волки торопят, жажда мучает, и вдруг сон исчезает.

— Не ссорься с Франко, сын, — звучит напоследок мужской голос. — Мама плачет, когда вы ругаетесь.

Сокол с резким выдохом открыл глаза. Тело насквозь промокло под толстым одеялом. На груди противно каталась влага, уже не впитываясь в ткань. Амелия укрыла, когда уходила, но на углу широкой кровати сидела не она. Цепной пёс Плиния водил ладонью в воздухе.

— Вечно мне приходится волноваться о тебе, Фредерико. На пьяного ты не похож, на больного тоже. Почему тогда лежишь здесь?

Спать ему хотелось. Мысли до сих пор текли медленно, но тумана в голове стало меньше. Сокол понимал, что он сейчас один в потайной комнате рядом с сильнейшим магом, и отбиваться от него нечем. Меч лежал на полу в ворохе одежды, магия не подчинялась.

— Я лечить тебя пришёл, а ты за оружие хватаешься, — укоризненно покачал головой Франко.

Синий камзол носил, не снимая. Будто жалования от Дартмунда не хватало, чтобы нормально одеваться.

— Кто бы говорил, — фыркнул сильнейший маг. — Воины Клана Смерти с рождения в чёрном. Всё, что вы можете выбрать из одежды — цвет исподнего. Даже не его фасон.

— Военную форму будем обсуждать? — язык у Сокола едва ворочался. — Или ты уже наконец уберёшься отсюда?

— Не дерзи старшему брату. Мало тебя пороли в детстве. Как родился, мама с тебя пылинки сдувала. Меня тошнило от твоего имени. “Фредерико сел, Фредерико пошёл, Фредерико сам поел”. А убирать за тобой, как думаешь, кого заставляли? Вот то-то же. Я утром ещё спросонок глаза не открыл, а уже тащил тебя в уборную. “Франко отведи его пописать”. Ага. Штаны сними, хозяйство крошечное достань, разлепи. А то слиплись, понимаешь ли, за ночь шарики с трубочкой. И струя потому летела не в дырку, а куда угодно. Маленький фонтанчик от Фредерико. Доброе утро, братец.

Хотелось бросить в него сгусток огня, но на ладони ни одной искорки не появилось. Кудрявый маг то злился, то смеялся в голос. И продолжал водить рукой, гоняя по телу Сокола заклинание-диагност.

— Так ты из детской ревности решил увести у меня невесту? Материнского внимания не хватило?

— Оставим пока Амелию в покое, — отмахнулся Франко. — Ты сам наломаешь дров, больше от меня помощи в вашем расставании не потребуется. Не посудомойка, так ведьма. Не ведьма, так продажная девка в твоей постели обязательно появится. Ты же не умеешь по-другому, Фредерико. Для тебя женщины — игрушки. Средство скрасить досуг.