Овчарка

– Спасибо.

Вероника встала со стула и подошла к Челси. Не успела она ничего сказать своей собаке, как последняя сама встала с пола и подошла к тренерше. На глазах у Вероники невинно вдруг появились слёзы. Девушка заплакала. А всё из-за того, что она увидела, как Челси спокойно подошла к Энн, даже с некоторой радостью. Вера не ревновала. Она радовалась… снова счастье переполнило все другие чувства, а надежда вновь вернулась к девушке. Вероника посмотрела на Энни, что тренировала Челс. Она была до безумия сосредоточена, когда расставляла нужные вещи и доставала вкусности. Вероника Доричева встала рядом с Энн, но, увидев, что той не нужна помощь, отошла.

– Сидеть.– наконец молвила Энни.

Челси будто бы не услышала команды. Она просто залаяла. Энн обняла овчарку, а потом промолвила вновь:

– Сидеть.

Челс и на этот раз ничего не сделала. Вера уже не плакала. Просто было нечем уже. Она постоянно плакала, скорее всего от переживания и волнения, а в тот момент нашлась ещё одна слеза. И она уже была от безысходности. Смотря на то, что Энн пытается тренировать ужасно непонимающую Челси, Веронике хотелось не только плакать, но и кричать. Крик… он застрял в горле, образуя там же ком. Вера просто не мешала. Она наблюдала за всем со стороны.

А Энни вдруг встала с пола и, схватившись за голову руками, закричала. Это был не человеческий, нет, крик. Не крик человека… это был крик боли и усталости, а также какого-то безумного страха… и стыда… все эти ощущения смешались в один крик. И он был такой страшный, такой до одури безумный, ужасный, громкий и звонкий, что Вероника, казалось ей в тот момент, могла оглохнуть в любую секунду.

А потом что-то вдруг произошло. Всё встало на свои места так быстро, что Верка этого даже не заметила!

– Прости.– молвила Энн.

– Ничего страшного. Тренера тоже люди… и им можно плакать, безусловно. Ты… ты итак многое для меня сделала, Энни… ты- лучшая. Правда…

– Спасибо, Вероника. Мне никто ещё так не говорил. Меня лишь называли подлой тварью и дворняжкой… за глаза, конечно… но чем хорош мой слух- он слышит каждый звук. А я сейчас слышу стук твоего сердца…– Энни улыбнулась. Через боль, Вера могла поклясться, что увидела, что это была улыбка боли.

Веру бросило в жар.

– КТО ТАК ГОВОРИЛ? Расскажи мне о них, я поговорю с ними! И немедленно поговорю!!! Обещаю…

– Вера… не надо. Я больше не обижаюсь. В этом нет смысла, ясно?!

– Да… я не знаю… может быть, бросить эту затею с Челси? Она совершенно… она неспособная… каждому своё… и…

– Не смей, слышишь? Не смей так говорить!

– П… почему?!

– Потому что она знает десять команд. Их, эти самые команды, совершенно не знают другие собаки… твоя собака- поистине защитница. Она не та собака, что выполняет обычные, привычные для понимания многих, да даже и все собаководов, команды… она защищает. А именно для этого и ходят на тренировки для собак, слышишь? Твоя собака самая способная. Способнее всех собак, с кем я когда-либо занималась… никогда ещё не занималась с настолько способными и странными в хорошем смысле… собаками…