Червячная передача

Что интересно и вкусно для меня: во–первых, я могу, в теории, перепрограммировать квадратного на флуктуациях. Понасоздавать «программных вирусов», вплоть до полного переписывания программы. Дело это непростое, даже с квантовым компьютером, но за несколько десятилетий вполне осуществимое, возможно и раньше. Впрочем, мне при этом надо будет активно многомерно развиваться — как в сенсорику, так и в игру вероятностей, потому как пока это все умозрительное прожектерство из раздела «когда я стану большим».

А вот что я точно хочу, так это подключить ещё один кубик, с информацией по биологии и биотехнологиям. Благо, без изменений программы это в теории осуществимо — критерий «активации кубика» есть, и, что самое забавное — в классификации программы работа с техникой и биологией — смежные направления, то есть если бы Вир работал с живой плотью — был бы кубик не технический, а биологический.

В общем, в теории можно, причём не через десятилетия. Но точно не сейчас — надо проверить, посчитать, прикинуть и подстраховаться. А вот начнется у кубиков, в количестве двух, какая–нибудь синергия. Им полезная, а мне гадкая. От взятия меня под контроль, до лопанья меня как шарик от двух тессерактов.

И в завершение — я наблюдал всеми возможными способами за формированием нашего с Лил спиногрыза. И, кстати, получил крайне любопытную, интересную и в ряде моментов — вдохновляющую информацию. Итак, плод формировался многомерщиком, это стало ясно через месяц. Однако, возникла довольно любопытная ситуация — потребные для формирования отсутствующей у стандартного человека многомерной требухи, плод брал, как и питательные вещества — от матери.

При этом, самим фактом «забора» начал формировать «многомерную перемычку» между трехмерной и многомерной частью Лилии. Слабенькую, пока ни на что негодную, кроме провода специфической энергии, но в перспективе — развиваемую.

Это значит, прикидывал я, что дитёнков у нас будет много. Судя по динамике, на более–менее удобоваримый «канал» — не менее четырех. Но это значит, что биокуб мне нужен точно. Всё же, беременность и роды — не самая приятная часть жизни человека женского полу, так что надо будет моей Лилии в этом смысле помочь.

С такими результатами я подошел к окончанию трёхмесячного срока, перед визитом в Веллингтон. Надо было доставить эпиляторы, прикупить ряд расходников, да и Гольдштейн радировал о желательности встречи с ним и неких «важных людях», жаждущих встречи со мной. Ну не знаю, думал я, сидя на диванчике мостика «Лилии», поглаживая Лилию по слегка наметившемуся животику. Как по мне — никого важнее меня нет, так что тут Макс ошибается. Впрочем, встретиться и поговорить будет небезынтересно, заключил я, решив сменить наше с Лилией положение в лучах разгорающегося рассвета.