Алло, это дурдом?

— Пари?

— Срок?

— Два месяца.

— А если не выиграет никто?

— Если через два месяца не будет никаких сдвигов, мы просто мирно разойдёмся как Северная и Южная Америка, что-нибудь оставив друг другу на память.

— Вообще-то их связывает Панамский канал…

— Вот именно! И нас тоже должно что-то связывать. Я подарю тебе квартиру и машину.

— Мне нечего тебе подарить.

— Я ничего не прошу.

Роман молча смотрел на меня и улыбался.

— Чему ты улыбаешься?

— Думаю, что выиграю пари. И месяца не пройдет, как ты будешь рыдать в подушку от любви.

— Не буду. Я влюбляюсь с первого взгляда. Если этого не произошло, то надо очень постараться, чтобы я потеряла голову.

— И сколько раз ты ее теряла?

— Три. Дважды из-за Романов, один раз из-за … неважно…

— Вот это точно неважно. Я постараюсь, чтобы ты потеряла голову в четвёртый раз. Но полдела уже сделано. И даже не мной, а моей матушкой, которая назвала меня твоим любимым именем.

— Не думаешь ли ты, что я способна влюбиться в одно только имя?

— Истории известны такие случаи, — примирительно заметил Роман.

— Ты самоуверен. Я не люблю имя Роман.

— Наглость — второе счастье.

Я допила чай, поднялась из-за стола и произнесла:

— Я заканчиваю работу в пять.

— Отлично. Подъезжай в аэропорт в шесть.

— Зачем?

— Пари начинается…

— Я не успею.

— У тебя же машина.

— Она сломана.

Он молча взял меня под руку и вывел на веранду. Возле дома красовался новенький «Мерседес CLK».

— Твоя.

Я выдерживала паузу. (Как будто мне каждый день дарили такие подарки!)

— Мои ребята поедут с тобой и ты отдашь им свой паспорт, — и он поцеловал мне руку.

— А паспорт зачем?

— Переоформить машину и поставить визу, — и он протянул мне ключи.

— Зачем мне ехать в аэропорт? — я рассматривала ключи, как будто на них был написан ответ.

— А вот это сюрприз. Машинка нравится?

Я пожала плечами. Слово своё он держал.

— Мне нравится то, что принадлежит мне, и что я сама заработала. Она пока не моя.

— Твоя. И ты её заработала… — он нежно притянул меня к себе и поцеловал. (Мерзавец! Значит всё-таки его руки ласкали меня всю ночь! Или я брежу? Чтобы это ни было, но ласки эти были приятны!)

— Я собираюсь подарить тебе весь мир. И эта машина — всего лишь пылинка.

Я усмехнулась и произнесла:

— И мне это нравится! — я приняла игру.

— Эти серьги подойдут к твоему костюму, — и он протянул мне коробочку.

Я молча взяла её и, не открывая, кинула на сидение машины. (Продаваться, так дорого!)

— Все-таки ты прелесть! — услышала я, когда уже садилась в автомобиль.