Я стираю свою тень

— Ты прав, в этом есть что-то глупое. Если хочется заработать денег, то надо выбирать такой способ, в котором вероятность этого будет самой высокой. Я так училась достигать целей.

— Достигла? — мне стало интересно узнать, о каких целях она говорила.

— Не успела, — Айрис коротко засмеялась. — Подрезали в самый последний момент.

— А чего ты пыталась достичь?

— Стереть себя из базы данных и запустить двойника с хорошей репутацией и полным пакетом социальных баллов.

— А это возможно? Наверняка у вас существует множество резервных копий и способов отката, чтобы восстановить систему после ненужного изменения. Я кое-что в этом понимаю. У нас на работе директор постоянно пытается скрыть следы мошенничества путем изменения базы данных.

— Семь из восьми людей, которые могли помочь мне изменить идентификационный слепок моей ментальной матрицы, согласились, — Айрис уставилась в дно пустой чайной чашки.

— А восьмой сдал? — догадался я.

— Да. Хотя именно он и предложил мне этот способ легализации.

— Это нормальная практика для правоохранительных органов. У нас тут полиция тоже размещает объявления, типа куплю килограмм наркотиков, оплата сразу. Ты, наверное, оказалась слишком доверчивой?

— Да, ему я верила безоглядно.

Айрис погрустнела, мысленно вернувшись к неприятным воспоминаниям. Я решил, что ей лучше побыть одной.

— Ох ты ж, опаздываю! — я посмотрел на часы.

На самом деле времени было еще с большим запасом. Я направился в ванную, схватив с двери сохнущее на нем полотенце, единственное в доме.

— Я с тобой поеду, — заявила мне в спину Айрис.

— Зачем?

— Не хочу тут сидеть одна целый день. От телека тошнит, да еще и соседи сверху постоянно что-то сверлят. Я лучше погуляю по городу.

— Ну ладно. Оденься только теплее, сегодня обещали похолодание.

— Если замерзну, спрячусь в каком-нибудь магазине или кафе.

Утро и в самом деле оказалось прохладным. Иней посеребрил железную ограду заборчика и скамейки у подъезда. Мелкие лужи на асфальте промерзли до дна. Айрис поежилась от холода, но ничего не сказала. Её даже позабавил пар, идущий изо рта. Мы подошли к моей машине.

— Твою мааать, — вымолвил я непроизвольно.

На заднем крыле моей ласточки появилась вмятина размером в две ладони. Краска в месте удара была содрана до грунта. Айрис обежала машину и уставилась на место повреждения.

— А это опасно? Мы сможем ехать? — спросила она.

— Это не опасно, но заделать это стоит дорого. Виновника нет, деньги взять не с кого. Придется раскошелиться самому, а это как минимум десятка.

— Десять тысяч? — удивилась Айрис.

— Да.

— А кто это мог сделать?

— Наверное, машина, которая стояла рядом, когда выезжала, задела меня бампером. У нас тут тесно, не развернешься.

— Я помню, какая машина здесь стояла вчера. Она была большая и белая.