Дари Ласо

– Ты настоящий вредный микроб!– фыркнула я.– Называешься «Особиус раздражениус».

Лада рассмеялась и шлепнула меня по попе.

– Тогда уж – микробиха!

– С чего ты взяла, что в космической микробиологии одни микробы?– ревностно спросила я.

– Ой, не утомляй меня своей наукой, Дари!– закатила глаза к небу Лада и помяла переносицу двумя пальцами.– Пошли, нам пора перекусить.

– Закажу-ка я тебе особый суп – с микробами,– иронично поморщилась я.

Когда мы вошли в одну из чайных, я едва не споткнулась, потому что, когда обвела помещение взглядом, увидела так много лиц с горящими глазами. Я испуганно опустила голову и взяла Ладу за руку.

– Пойдем отсюда!– прошептала я, отворачиваясь к выходу.

– Ты что?– тихо усмехнулась подруга.– Испугалась хомони? Это же туристический город. Здесь их полно! Ты же не будешь шарахаться от каждого? Да и с чего вдруг? Они такие же отдыхающие, как и мы. Просто не смотри в лицо…

Она непринужденно развернула меня за плечи к свободному столику у окна и повела мимо других. Я каждый шаг делала с такой осторожностью, чтобы снова не споткнуться. Наконец мы присели, и я смогла расслабиться, найдя вид за окном вполне удачным для того, чтобы не смотреть в зал, полный мужчин хомони. Однако, пока Лада делала заказ за нас двоих, я все же не смогла удержаться и осторожно разглядывала лица хомони в отражении стекла.

Женщины в парах были и гамони, и хемани, но была и одна хомони. Последняя разительно отличалась от всех. Черты ее лица были тоньше, характерный овал, сама она стройнее и выше. И хомони всегда можно было узнать по особенной осанке и длинной шее. Мужчины хомони все как один – красавцы. Такое точно нельзя не заметить. Но их горящие глаза не давали покоя моему внутреннему исследователю. Так и хотелось посмотреть в них с близкого расстояния, желательно в микроскоп. Но я исправно соблюдала кодекс и смотрела исключительно в отражающую поверхность стекла.