Такие разные братья [calibre 5.28.0]

– Да уж, – она кивнула осторожно выглянувшему на грохот Баюну. – Большое дерево и падает громко.

– Это ж какой оказался пень! – фыркнул Баюн заглядывая в лицо Макара. – Я царю Вуколу не завидую. Наследничек из серии сила есть ума не надо! А туда же! Со сказочницей ездить…

К царю Катерина пришла лично. Попросила сына забрать. Очень много места занимает, а переступать неудобно.

– Он не поверил мне что я его приятеля остановила, попросил продемонстрироват, – она с сожалением пожала плечами. – Надеюсь, что не расшибся.

Царские слуги с превеликим уважением глядя на Катерину, принесли мирно спящего Макара.

– А он… Он очнётся? – опасливо уточнил царь, предупреждая рыдания уже набравшей воздуха в грудь супруги.

– Конечно. Он просто спит. Выспится и скоро придёт в себя. Не волнуйтесь, – Катерина ласково улыбнулась царской чете и вернулась в гостевой терем. Зато вместо сказочницы в престольный покой пришёл Баюн и попенял царю на то, что наследник подверг опасности сказочницу, и вообще слишком уж уповает на силушку богатырскую. А думать и не пробовал. И в людях опять же разбираться не научился.

Катерина выезжала из города следующим утром, сидя на коне, как и полагается благовоспитанной девице, перед братом, в сопровождении своих спутников, широко и радостно улыбающегося Ратко и весьма довольного поездкой князя Борислава. Леон что-то наигрывал на лютне, явно сочиняя новую песню.

– Можно с тобой поговорить? – Ратко едва дождался возможности поговорить на первом вечернем привале.

– Конечно, – Катерина шагнула за ним к деревьям.

– Я так рад, что с тобой ничего не случилось. А что надо было орлу?

– Чтобы я разбудила ему сказку, – Катерина вздохнула. – Ратко, мне Волк сказал, что ты отлично сражался.

– Жаль, ты не видела, – со сдержанной гордостью отозвался страшно довольный Ратко и замер. Она достала такой знакомый свиток и протягивала ему.

– Почему??? Я же не проиграл… – опешил Ратко.

– Я не могу больше подвергать тебя опасности. У тебя есть твоё княжество, есть люди, которые в тебе нуждаются. Тебе пора жить без этого обязательства.

– Погоди, погоди. Я не понимаю. Что-то изменилось? Тебе понравился тот набитый дурак?

– Конечно, нет! – Катерина выразительно фыркнула. – Просто тогда, когда это подписывалось, было кое-что, чего сейчас уже нет.

– И что же? – гневно спросил Ратко.

– Ты был влюблён, – Катерина грустно улыбалась. – А теперь…

Ратко пытался что-то вымолвить, она продолжила – Спасибо тебе большое за всё.

– Подожди! – Ратко хотел ей сказать, что он и сейчас влюблён, но как-то не вышло, и он просто стоял словно пень, и смотрел, как она развернула свиток и решительно разорвала его сверху вниз. Половину, на которой ставил подпись его отец за своего сына, она подала ему и он машинально взял, а вторую забрала.