Открой глаза

– Майкл, пожалуйста выслушай меня. Десять минут, а потом я уйду.

– Десять? Удалось вырваться только на это время? Раньше, тебе удавалось даже на ночь. Ах, да. Ты ведь теперь официально замужем, а тогда была только невестой.

Как же больно от его слов, но я представляю, как ему тяжело. Я хотя бы не помнила ничего, но и мне сейчас не лучше.

– Десять минут, и ты проваливаешь отсюда. И из моей жизни.

– Обещаю.

Меня всю трясет. Я так хочу к нему прикоснуться. Как же я соскучилась. Я помню лишь его любовь, но не эту проклятую ненависть. Это очень ранит меня.

Ладно. Беру себя в руки и начинаю.

– Сейчас, все будет казаться нелепым оправданием, но выслушай до конца.

– Начало, мне уже нравится. Продолжай.

– Тогда, когда мы договорились, что я приеду к тебе через месяц, помнишь? – кивает головой. – Я решила ехать через две недели. Поссорилась с родителями, они отправили на аборт, потому что я была беременна от тебя, – открывает рот высказать протест, но я прошу помолчать. – Ты не веришь, ничего, я понимаю, но это начало. Я уехала от них, и попала в аварию. Говорила в тот момент с Игорем. Он, как оказалось был моим другом, потому и узнал единственный об аварии. На мою машину на светофоре наехал грузовик. У водителя сердце хватило, и он умер, зажал ногой педаль газа, а я на красном стояла. Проснулась через два месяца комы. Я не помню ничего, только вчера вспомнила тебя, когда увидела. Но ты мне стал сниться где-то с мая. Я не понимала из какого ты времени и что это за память. Ребенка я потеряла к сожалению, даже тебе не успела сказать. Я была тут в Москве, еще два месяца после. Длинная реабилитация. До сих пор глотаю кучу таблеток. Игорь, все подстроил. Узнал, что память отсутствует полностью, подделал документы о браке, поссорил со всеми подругами, чтобы не искали. У него был мой телефон. И, тогда, когда ты звонил в первый раз, я была еще в коме. А потом, я тебя не вспомнила. Но твой голос был таким родным.

Подошла к столику, налила воды и выпила пол стакана за раз.

Я так боюсь упустить что-то важное.

– Врачи говорили, чтобы я жила в привычном месте, чтобы сработал эмоциональный взрыв, раз терапия не помогала, но я ведь не знала где был мой дом, с кем общалась, а этот ублюдок перевез меня в Санкт-Петербург. Поэтому три года вообще тишина была.  Даже родителям заплатил за ложь и молчание. Но главное, сейчас он угрожает, если я уйду, то пострадаешь ты и твой бизнес. Я этого не хочу. Я переживаю, что он реально больной. Его родители и люди тут, все из высших чинов. Каждый с чем-нибудь помогал ему. Я не смогу сама все сделать. 

Я замолчала, в ожидании его реакции. Он смотрел на меня нечитаемым взглядом. Молчал. Кусал губу и думал.

«Поверь мне, прошу. Просто поверь!»

– Кхм… Скажи честно, – киваю головой, прося продолжать, – вы вместе придумали, эту чушь? Просто, Джеймс Кэмерон, лежит в нокауте, по сравнению с этим дерьмом, что я сейчас услышал. И вот самое интересное. К чему все это? Чего ты ждешь?