Огненный эльф [СИ]

Собираясь на охоту, Вартан не стал брать с собой степного пса, он остался охранять дом. У него было нехорошее предчувствие, но всё же, он решил пойти в лес неподалёку. Выследив оленя он затаился и ждал, нужно было подойти ближе иначе не убить. Он тихо пробрался в удобное место и прицелился. Олень поднял голову и посмотрел на него бездонно чёрными глазами, но Вартан уже выпустил стрелу и она пробила грудь животного с необычными глазами. Он подошёл к нему и увидел как кровь чёрными каплями падает на землю, превращаясь в расползавшихся змеек. Он почувствовал страх, тяжёлым камнем повисший в душе. Это был знак. Плохой знак.

Вартан не взял оленя и возвращался домой без добычи. Когда увидел дым тревога стала сильнее. Сейчас он бежал, подгоняемый плохим предчувствием. Сначала он увидел горящий сарай, свинобрюхи бегали по всей ферме. Пожар!

У ворот с перерезанной глоткой лежал пёс. Ужас окатил холодной волной. Он остановился и пошёл к дому, оглядываясь, ища глазами жену и детей. Они не могли прятаться дома во время пожара. Было понятно, случилось страшное. Заскочив в дом он замер. Посреди комнаты лежало тело похожее на кровавое месиво, его жена. Он понял это по одежде. А у очага лежали его дети. Они тоже были мёртвые. Ноги перестали слушться, он не помнил как подошёл к телу сына. Упал на колени, поднял и прижал к груди. Он орал, но боль не уходила, сердце рвалось на части и он заплакал. Подался вперёд и потянул к себе дочь. Дом начал наполняться дымом, а он так и сидел обнимая детей. Пусть он сгорит сегодня с ними. Он потерял семью, потерял саму жизнь.

***

Когда в доме появились эльфы и пытались вытащить его, он не сопротивлялся. Он был как безвольная кукла. Отряд сопровождающий Анисаль. Они смогли отогнать орков от города, а когда увидели горящую ферму, подошли ближе. Было решено проверить дом, когда увидели Вартана, он уже горел, мужчина был ещё жив и его положили в телегу с провизией. Тела его жены и детей, так и сгорели вместе с фермой.

***

В замке, Анисаль говорила с лекарями.

— Он жив?

— Да.

— Болен?

— Нет великая, он здоров.

— Тогда, почему он не есть?

— Великая, мы тут бессильны, он больше не хочет жить. Мы сделали всё.