Миллион запретных наслаждений

Я, мягко выражаясь, расстроилась… Пришлось стянуть с двойного агента Киски стриптизерские туфли и запихнуть их ей в ее грязный маленький ротик.

— Они думают, что я учусь в университете. Рано или поздно мне придется им позвонить, но они не должны знать, где я и чем занимаюсь. Это убьет их.

Ной, кивнув, задумчиво погладил подбородок.

— Понимаю. Хочу, чтобы ты знала — ты можешь поддерживать связь с кем угодно. Пока ты будешь выполнять условия сделки и не попытаешься нарушить контракт, ты можешь жить почти так же свободно, как жила до нашей встречи.

— Почти? — спросила я, вопросительно подняв бровь.

— Твое тело принадлежит мне, разумеется, — уточнил он.

— Значит, я могу выходить из дома, когда захочу? — поинтересовалась я, проверяя границы вседозволенности.

— Ты должна быть здесь, когда я буду дома, если только сам не разрешу тебе уйти на это время. Кроме того, я хочу знать, где ты находишься. Всегда знать. И еще. Может случиться, что я пожелаю заехать домой во время рабочего дня, чтобы немного снять стресс, — добавил он с кривой усмешкой.

Хочу пояснить: это была не просто обычная кривая усмешка. У меня между ног начался такой потоп, что я испугалась за дорогую обивку стула, на котором сидела. Соски вытянулись по стойке смирно, и мне пришлось выставить вперед плечи в надежде, что он не заметит, как я, подобно последней шалаве, реагирую на него. Но моя новорожденная внутренняя шлюха, в отличие от меня, решила идти напролом.

— А сейчас у тебя нет стресса? — поинтересовалась я со страстной интонацией.

Не спрашивайте, что на меня нашло. Я не узнала собственный голос. Вероятнее всего, я потеряла бдительность настолько, что развратная агент Киска овладела мною, захватила отвечающий за речь отдел мозга и разбила там лагерь (удобная версия, и я буду ее придерживаться).

Ной, рассмеявшись, облизал нижнюю губу, что, скажу честно, меня едва с ума не свело — я сама хотела это сделать.

— Давай подумаем. Дома, у меня дома, появилась суперсексуальная женщина, которой я заплатил большие деньги за то, чтобы делать с ней все, что захочу, в любое время. Но пока я этого сделать не могу, потому что причинил ей некоторые неудобства. Выходит, что сейчас я и в самом деле испытываю небольшой стресс.

Двойной агент Киска нашла часть мозга, отвечающую за двигательные рефлексы, и победоносно установила там свой флаг: я утратила власть над собственным телом. Положив салфетку рядом с тарелкой, встала. Ной не сводил с меня глаз. Когда я шла к нему, он откинулся на спинку стула и сдвинул брови, видимо, не зная, чего от меня ждать. Я скользнула между ним и столом и опустилась на колени.

— Что ты делаешь, Дилейн? — спросил он густым, хрипловатым голосом.

— Служба борьбы со стрессом. — Я, улыбнувшись, начала расстегивать его ремень с уверенностью, поразившей меня саму.