Лукас

Я упираюсь головой в диван и качаю ею из стороны в сторону.

— Ну… вроде да, но я не обдумывал детали. Я люблю детей. То, что у нее есть дети, для меня не проблема. Я даже ей не сказал, что иногда играю в группе.

— Лукас! — Она шлепает меня по плечу. — Ты должен ей сказать. Никаких секретов, хорошо? Когда вы, мальчики, только научитесь. Я снова и снова повторяю: никакого вранья, никаких секретов. Что сложного?

Бабушка раздраженно качает головой.

— Хорошо, хорошо, — со смехом соглашаюсь я, понимая, что она права. — Я ей расскажу. Я собираюсь пригласить ее пойти вместе со мной на следующее наше шоу. Может быть, она согласится в этот раз.

— Когда все устаканится, привези ее сюда. Я хочу с ней познакомиться.

— Конечно. Я мог бы полюбить эту девушку, Ба. Я это чувствую. Она — та самая, единственная.

— Ты такой романтик, Лукас. — Ее губа растягиваются в лучезарной улыбке, и глаза блестят. — Совсем как твой дедушка. Ты так напоминаешь мне его в твоем возрасте.

— Серьезно? Какой он был? — Я сажусь прямо и поворачиваюсь к ней. Мне всегда интересно узнать больше про своего деда.

Вглядываясь в его фото на стене, она в буквальном смысле сияет.

— Он был совершенно особенным человеком. Умным. Щедрым. Красивым. Все его любили.

— Жаль, мне не пришлось с ним встретиться.

— Думаю, большинство из вас, мальчиков, унаследовали его романтическую сторону характера. Твой дядя Ронни такой же. К сожалению, твой отец — нет. Он не любящий по натуре, он как перекати-поле. Не знает, чего хочет, и никогда не знал.

Я снова останавливаю взгляд на часах и покусываю щеку, прежде чем задать свой следующий вопрос.

— Он когда-нибудь выходит на связь? Мой отец? — Даже не знаю, что надеюсь услышать.

Бабушка качает головой и хмурится.

— Нет. С тех пор, как умер твой дед, ни разу, — отвечает она поникшим голосом. — Но это ничего. Он рассказал мне о тебе и Вэндале, а это самое главное. Я устала разыскивать твоего отца. Он и так отнял у меня несколько лет жизни.

— Не понимаю, что у него за расклад. Почему ему наплевать на нас? — Я никогда не пойму, почему мои родители не хотели меня, и, хотя я стараюсь убедить себя, что это неважно, что они лишились куда большего, чем я — и прочий собачий бред, которым меня пичкали психологи и мозгоправы, пока я подрастал, — но меня до сих пор напрягает, что меня отдали и забыли, как мусор.

— Дорогой, ему даже на себя наплевать. Он не в состоянии беспокоиться о ком-то еще. Мы любим тебя и Вэндала, несмотря ни на что. Ошибки твоего отца и его недостатки не должны тебя касаться. Не позволяй им портить тебе жизнь.

— Мне пора ехать. — Я щелкаю пальцами и встаю, потом протягиваю руку ей, чтобы помочь подняться. — Спасибо, что выслушала.

— Всегда пожалуйста. Ты приедешь на Рождество? Привози с собой свою девушку и ее детей. Чем больше народу, тем веселее.

— Посмотрим, Ба. — Не уверен, что Айви будет готова поехать со мной на семейный ужин в честь Рождества всего через несколько недель знакомства. Особенно к этой шайке.