Искусство управлять людьми (СИ)

Горская нервничала, Андрей понял с первого взгляда. Ее первого взгляда, брошенного на них с Игорем. Она была растеряна, сбита с толку, не уверена. И, черт подери, Вереину это нравилось. Ничто не возбуждает хищника так, как страх. Внутреннему Зверю уже чудился запах крови, и это предчувствие пьянило. Благородное решение оставить Черную Герцогиню в покое выглядело хорошим дома. А рядом с ней держать Хищника на поводке оказалось нелегкой задачей. Тому было плевать на политесы, он жаждал загнать жертву, завалить и впиться в беззащитное горло.

Ох, Верин бы впился…

— Какая муха ее укусила? — вырвал его из фантазий голос Игоря. Вот уж кто воистину пострадал ни за что. Рикошетом зацепило.

— ПМС? — предложил версию Андрей. — А с чего ты вообще к ней пошел на курсовик?

— Если ты жаждешь завербовать меня в свое антидискриминационное движение, — староста пересказала группе их разговор, и Вереин получил свою долю подначек со стороны сокурсников, — то мимо. Я, в отличие от некоторых, — он выразительно посмотрел, — пришел сюда учиться. А Горская в этой теме сечет лучше других.

— Ботан, — добродушно фыркнул Андрей.

— Поговорим о моих недостатках послезавтра, когда будем сдавать «Финучет», — Егоров похлопал собеседника по плечу.

Вопрос грядущего экзамена был актуальной темой. Не то чтобы Андрей боялся разборок, в конце концов, он всегда может обратиться за помощью в ректорат, но ему не хотелось упасть лицом в грязь перед… — тут Внутренний Хищник предупреждающе зарычал, — перед женихом Черной Герцогини, мужественно закончил мысль Вереин.

Когда Андрей открыл экзаменационные вопросы, то осознал, что не показаться полным дебилом перед Залесским будет непросто. Кто вообще составлял эти программы и в расчете на какие выдающиеся умы? Как за полтора месяца и четыре пары можно всё это разобрать? Если с бухгалтерским балансом Вереин по производственной необходимости сталкивался, с дисконтированием кое-как, с горем пополам, разобрался, то слово «аннуитет» у него по-прежнему вызывало неприличные ассоциации. Особенно в сочетании с выражением «текущие пассивы». Наверное, всё дело в длительном воздержании, решил Андрей. Вот всякие пошлости в голову и лезут.

Осознав, что шансы осилить программу хотя бы наполовину равны нулю, спортсмен решил внедрить в обучение современные технологии. А именно: потратил два вечера на то, чтобы для каждого вопроса найти более-менее понятный ответ, закачал «шпоры» в смартфон и стал надеяться, что у него появится возможность списать.

И она появилась.

Залесский с непроницаемо-суровым лицом пригласил в аудиторию сразу всю группу — пятнадцать человек, рассадил по одному, в шахматном порядке, выдал свои листочки, раздал билеты… и тут у него очень кстати зазвонил телефон. Он извинился и вышел за дверь.

Староста сразу вынула из сумки учебник и положила на стол.

— Ты что? — шикнул Павел Васильевич, один из «мушкетеров». — Он же сейчас вернется!

— Не вернется, — успокоила его дама. — Когда у него экзамен на заочке, ему обязательно кто-нибудь «звонит» и «разговаривает» с ним минут двадцать. Так что давайте в темпе.

Такой душевной щедрости Андрей не ожидал, но грех же не воспользоваться. Где-то через полчаса преподаватель действительно вернулся и начал принимать экзамен. Увы, первые же ответы показали, что исписанные листочки гарантировали студентам только «три». Дополнительные вопросы экономиста легко обнаруживали истинный уровень знаний и позволяли выставить справедливые (по крайней мере, на сторонний взгляд) отметки. Вереин сидел на «камчатке», а Залесский начал вызывать студентов с противоположного угла. Глядя, как студенты покидают аудиторию, Андрей осознал, что в конце останется только один, и кто этим оставшимся будет, догадаться несложно. Сейчас будут валить, понял он. Андрей несколько раз перечитал написанное, но в голове яснее не стало. Перед смертью не надышишься, вспомнил он народную студенческую мудрость, и стал ждать своей участи.

— Ну, подходите, господин Вереин, — пригласил его Залесский, указав на «лобный» стул сбоку от себя.

Андрей взял листочек, ручку, зачетку, и неторопливо направился к преподавателю. Тот тем временем что-то писал в своих бумагах.

— Присаживайтесь, — он ненадолго поднял взгляд. — Листочек свой давайте. — Наскоро пробежав по нему взглядом, Залесский нарисовал в ведомости «уд». И что, на этом всё? Препод протянул руку. — Вашу зачетку.

Заполнив, он закрыл ее и взял двумя руками. Потом открыл первую страницу, вновь закрыл и заговорил:

— Андрей Александрович, я хотел поговорить с вами как мужчина с мужчиной.