Кондотьер [Сборник litres, книги 1-3]

– Знаешь, милая, когда-то давно, лет, наверное, десять тому назад, вращался я в одной компании… и были в ней учителя, у нас это в основном женщины.

– Женщины девочек должны учить, – царственно улыбнулась королева. – Мальчиков же, как в отрочество войдут, только мужчины. Как же иначе-то? Иначе выйдут из школы не мужики и не бабы, а так, не пойми кто.

– Согласен с тобой полностью, – Магнус покивал, обняв жену за талию. – Но я не об этом сейчас. Кто-то, сейчас уж и не помню кто, из этих учительниц бросил в беседе: в России, мол, все воруют. Вот добираются до какой-то должности, где можно уже воровать более-менее безнаказанно – и начинают.

– Не так, – засмеялась Маша. – Не добираются, а стремятся. Чтоб воровать ловчей. И на возможное наказанье внимания не обращают никакого! Хоть каждый день вешай, а все ж…

– Вот и они так же говорили. Мол, честных людей вообще нету. Честный – пока бедный. Пока не при должности, а как эту самую должность ухватит – так и пошел воровать!

– Ну, верно…

– Так я к чему! – Арцыбашев разволновался, даже несколько повысил голос. – Взрослых мы уже не перевоспитаем – с детей надобно начинать, этих-то еще можно к добру приучить, этих получится. Школы, как ты говоришь, устроить, учить… Ах, Маша, что-то еще нас ждет в этой Польше?

– Я тоже переживаю, – тесно прижавшись к мужу, вздохнула юная королева. – За Володеньку переживаю тоже. Может, зря его кормилицам да бабкам оставили? Может, нужно было с собой взять? Понимаю, не перенес пути бы… Но скучаю – сильно.

– Я тоже скучаю. Милая моя… – прошептав, Арцыбашев страстно поцеловал супругу в губы. Погладил по спине, дрожащими пальцами развязывая стягивающие платье ленты.

Освободил сперва левое плечико – поцеловал, потом – правое. Снова погладил спинку, на этот раз уже не через ткань – голую, теплую… И, наконец, ткнулся губами в трепетно вздымающуюся грудь, нащупал языком твердеющий упругий сосочек…

Тяжело дыша, Маша вскочила, проворно освобождаясь от платья, – юная красавица с шелковистою кожей и синими, как небо, очами. Вне себя от нетерпения, Магнус схватил супругу в охапку и отнес на узкое ложе.