Электронная книга - «Фулл Хаус». Краткое содержание книги:
Содержит нецензурную брань.
Но, вот незадача, Фимка оказался психом, на досуге режущим баб. Забрать, покоящийся где-то среди мебели, бриллиант теперь некому, потому что для этого тебе нужен новый лох, а таких подле еврея уже не осталось. На счёт дочери я сказал ранее. Все верно, милая?
Пока Разумовский рассказывал крайне занимательную историю, я сидела, прислонившись к спинке кровати и прикрыв глаза, потому что мысленно проклинала свою глупость и никчемную любовь, грозящую, как и предупреждал Сыч, большой, дурно пахнущей кучей проблем. Встала, нашла белье и платье, оделась. Красоваться перед ним обнажённой больше не было ни малейшего желания. Потом села в кресло, стоящее недалеко от кровати, изучая довольное лицо человека, которого, как оказывается, любила больше, чем себя.
– Почти, милый. Только ты рассказываешь, упуская крайне важные моменты. Для начала, Фимкин маниакальный синдром. Мачеху и секретаршу на самом деле убил он.
Но, давай поговорим о причинах, спровоцировавщих твоё появление. Два заказа. Два клиента. Первый – Ник. Тебе нужно было сработать его как можно красивее, потому что уровень слишком серьёзный. Детально рассмотрел образ жизни авторитета и понял, лучшее место-это бои, на которых Никита Сергеевич бывает регулярно. Вот только необходимо создать суету, шумиху, чтоб отвлечь внимание. Ты решил организовать бой, от которого Ник никогда и ни за что не откажется. Появилась крайне интересная задумка о дуэли, назовём это так, двух самых сильных бойцов. Ты оценил обоих и узнал, что слабое место есть у Здоровяка Тома. Один вопрос, как ты ухитрился добиться, чтоб его сестра заболела в нужный день?
Разумовский усмехнулся, козырнув мне двумя пальцами, словно солдат американской армии.
– Молодец. Верно мыслишь. Обычная ветрянка, которую идиот врач определил как вирусную инфекцию. Малышка, судя по медицинской карте, пропустила эту болезнь в нежном возрасте. Посещал сестрицу объекта несколько дней подряд, когда брат уходил по делам, вытирая ей лицо детским платочком, взятым по тихому в больничке у маленькой девочки, усыпанной оспой, что конопушками. Сестра Здоровяка ведь была не в себе. Угрозы никакой, даже начни она рассказывать о своём госте. Мало ли что дурочке мерещится. Ведь Здоровяк хорошо закрывал её в квартире и посторонний попасть не мог.
– Только не ты, правда Саша? Теперь ясно. Ты знал Ника и предполагал методы его работы, когда он узнает об отказе бойца. И в то же время, представлял, что устроит Здоровяк в отместку за сестру. Все что произошло во время боев было уже делом техники.
Ладно. Здесь все ясно. Второе дело – месть. Сестре Фимки было около пяти лет, когда умерла мать. Она видела, что именно произошло. Я уверена в этом. Поэтому Эллочка заказала тебе своего брата. Смерти ему она не хотела. Слишком просто. А вот срок за убийство– достойное наказание. Только кто ж его посадит за погибшую много лет назад мачеху? Нужен был свежачок. Поздравляю, ты очень чисто все сделал. Твоего присутствия в доме не заметил никто, даже мы с Сычом.
– Да уж. Пришлось попариться, особенно в ожидании, пока эта бабенка натрахается с Фимкой. Оголодавшая, ей-богу.
– Ты выполнил и этот заказ. Очень удачно. Фиме грозит большой срок. Вот только остался один нерешенный момент. Ограбление.
Разумовский, пожав плечами, потянул свои вещи и тоже принял божеский вид. Ну, наконец-то. А то не очень удобно вести подобные разговоры с голым мужиком.
– Видишь ли, милая, бриллиант манил не только тебя. Я тоже не чужд прекрасного. Элла должна была расплатиться со мной не деньгами, а услугой. Я рассказал, как именно она и её очередной хахаль должны совершить ограбление. Еврейские наряды – это небольшая шутка, развлечения ради. Вот только камень оказался не настоящим. Это мы с тобой уже выяснили в той части истории, которая касается умненькой девочки Лизы.
– Понятно. Ответь мне на один, крайне волнующий вопрос. Зачем нужно было упоминать имя Lucky? Для чего? Тоже шутки ради?
Саша подошёл к окну и уставился в темноту.
– Всё просто, милая, чтоб ты обозначилось и стала разбираться в этом деле.
– Зачем?
– Может быть, я соскучился.
Здесь можно было бы рассмеяться, но безумно хотелось плакать.