Обретённые крылья (СИ)

Я так боялся мечтать о любви этой девушки, что запретил себе испытывать хоть что-то отдаленно похожее на любовь. И сейчас эта плотина была прорвана. И те эмоции: счастье, тревога за неё, отчаяние при каждом известии о новом претенденте на её сердце, и безумие от мысли, что я мог её потерять, всё, что накопилось за годы ожидания, сейчас искрилось и выплескивалось наружу.

Истинное счастье — целовать любимую женщину. Сжимать её в объятьях и понимать, что уже никто и ничто на свете не сможет вас разлучить. Ведь даже Боги на вашей стороне и не дадут умереть своим детям. Не только Тьма их оберегала, но и Мать драконов. Он чувствовал это. Её незримое присутствие и радость за них. Как много лет он мечтал об этом? Все года смазались и превратились в бесконечность… И уже не имели смысла. Его Киара, такая доверчивая и ласковая, таяла в его руках, неумело, но чувственно отвечая на поцелуй. Их первый поцелуй. Вот такой, перед боем, в который они пойдут рука об руку. Вместе.

Спустя, казалось, вечность, заставил себя оторваться от неё и заглянул в её светящиеся огнём глаза. Как тогда перед трансформацией. Моя драконочка. Дарг внутри согласно зарычал. Девушка была ошеломлена не меньше моего. Мы чувствовали, как драконы внутри нас стали сильнее, довольно расправляя крылья и призывно трубя всем остальным драконам в мире, побуждая их пробудиться. Получается, они растут и крепнут от наших с ней чувств. Это даже мило.

Я ещё раз сжал девушку в объятьях, чмокнул в носик и прошептал.

— Нам пора, любимая.

Она разочарованно вздохнула, руками плотнее обвивая шею.

— Может они там по дороге сами самоубьются, а…?

Я засмеялся.

— Ну что ты, милая, не хочешь опробовать себя в настоящем бою? Твой резерв значительно вырос за это время, да и драконам надо дать волю, если всё будет плохо и своими силами не справимся. Хотя я сомневаюсь, конечно.

Она ещё раз тяжко вздохнула.

— Ну лаааадно. Уговорил! — драконочка заразительно засмеялась, радуясь возможности поразмяться, крепко взяла меня за руку и мы, не мудрствуя лукаво, телепортировались за ворота деревни.

Там уже собрались все стражники, Тириан бегал от одного, судя по всему, мага к другому, что-то втолковывая. А впереди уже были видны шестеро. Длинные дорожные плащи скрывали фигуры и лица. Они шли неспешно, как будто понимая, что им торопиться некуда, всё равно никто не сможет дать отпор. Но увидев нас, резко замерли. Я разглядел лицо главаря и его гаденькую усмешку.

Я узнал его. Тот самый хлыщ, который пытался подчинить Киру на балу в честь её совершеннолетия. Но что он здесь забыл, а главное, как освободился из-под стражи? Помнится, я упрятал его в самые дальние коридоры тюрьмы Теней. Значит либо выкупили, аристократ же, либо у нас появился в рядах предатель. Но так как я лично набирал каждого, второй вариант сомнителен.

— Что, Риалан Ариарский, думаешь, как мне удалось освободиться? — надменно задрал подбородок блондин. В глазах, словно лёд, плескалось презрение.

— Неа, думаю, что в этот раз всё-таки убью тебя и не посмотрю на знатность происхождения. Герцогиня Киара, вы же сможете пережить потерю такого ревнивого ухажёра? — насмешливо ответил я.

Киара, скрывая смех, не менее пафосно ответила.

— Даже не знаю, герцог Риалан, но он такой душка. И так настойчив. Возможно, мне стоит ответить на его ухаживания. Он аж в Пустоши прибежал за мной, рискуя своей жизнью. Наверно, это любооовь. — уже практически давясь от смеха закончила она.

Лицо аристократа исказила гримаса ненависти. Он понял, что его не боятся. Над ним потешаются. А каждый смешок в рядах стражников был, как оплеуха.

— Довольно! — срываясь на визг крикнул он. — Мы пришли убить тебя, Тень!

— Эй, а меня!? — возмущенно взвилась Кира. — Я что недостаточно хороша, чтобы меня убивать?!

Я внутренне упал от смеха. Вот уж женская логика, по истине. Везде в бочку лезет. Как в ясельной группе, честное слово. Дарг согласно заржал.

— А ты, моя дорогая герцогиня, будешь мне наследников рожать, запертая в дальнем имении. — гаденько усмехнулся он.

Кира взвилась недовольством.

— Вот ещё. Сам себе рожай. Хоть почкованием размножайся. Я тебе не инкубатор!

Я успокаивающе погладил её по руке.

— Дорогая, ну к чему такие нервы? Давай я организую его размножение делением на два? Или хочешь, на четыре?

— Милый, но я не люблю вид крови. Давай я отвернусь, а ты всё устроишь? — капризно проговорила она, надув губки.

Терпение Ениса лопнуло. Я, наконец, вспомнил, как зовут этого выскочку.

— Хватит, я сказал! — и жёстко скомандовал своим соратникам. — Убить его. Девчонку притащить ко мне живой.

Заговорщики сбросили плащи и двинулись к нам.

— Ну-ну. — хмыкнул я, выходя вперед. — Солнце моё, подстрахуешь?

— Конечно, любимый. — проворковала она, щёлкая пальцами, накрывая меня своей защитой и отгораживая защитным куполом деревню.

От нашего обмена любезностями лицо Ениса скривилось.

— Так ты спишь с ним, испорченная девка! — он сплюнул на землю. — Плевать. Всё равно родишь от меня и никуда уже не денешься.