Сочинения в четырех томах. Том 3
- Автор: Фрэнсис Дик
- Год: 1997
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА
- Переводчик: Михаил Иосифович Гилинский
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Сочинения в четырех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
А его дебютом в детективном жанре стал «Фаворит» (1962). В четырехтомник вошли детективные произведения Фрэнсиса.
В третий том вошли романы «Перелом» и «Ставка на проигрыш».
Но будь у меня другой отец, я тоже был бы иным человеком. Интересно, кто бы не был?
Я размышлял по этому поводу, пока не вернулся в Роули Лодж. «Отцы, — думал я, — могут воспитывать, кормить и пеленать своих молодых отпрысков, но они не могут повлиять на развитие основных черт характера. В результате дети вырастают жестокими или безвольными, но рано или поздно им приходится сталкиваться с жизнью и вырабатывать к ней свой подход». Алессандро же в настоящий момент стоял на перепутьи, и, дай волю отцу, он выбил бы из сына все хорошее, не моргнув глазом.
Алессандро с каменным лицом снес презрительный взгляд Этти, но мало кто из наездников решился отпустить шуточку в его адрес, как это было принято в их среде. Одни — инстинктивно боялись его, что, по моему мнению, говорило об их здравом смысле; другие, менее чувствительные, просто игнорировали.
Джордж отвел Движение в денник, а Алессандро последовал за мной в контору. Он безразлично посмотрел на Маргарет, сидевшую за столом, не обратив внимания на ее аккуратное, цвета морской волны, платье и высокую, в локонах, прическу, и принялся высказывать мне свои соображения. Видимо, он тоже много размышлял на обратном пути.
— Вы не имели права заставлять меня проезжать такую нетренированную лошадь, — воинственно заявил он.
— Я вас не заставлял. Вы сами ее выбрали.
— Мисс Крэйг нарочно так поступила, чтобы я остался в дураках.
С этим трудно было спорить.
— Вы могли отказаться, — сказал я.
— Не мог.
— Вы могли сказать, что у вас слишком мало опыта для проездки самой трудной лошади в конюшнях. — Ноздри его раздулись. Сделать подобное заявление было выше его сил. — В любом случае, — продолжал я, — лично мне кажется, что верховая езда на Движении мало чему вас научит. А следовательно, вы больше на него не сядете.
— Но я настаиваю, — запальчиво крикнул он.
— На чем?
— Я настаиваю, чтобы мне опять дали Движение. — Он выбрал из коллекции своих взглядов самый высокомерный и сказал: — Завтра.
— Почему?
— Потому что иначе все будут думать, что я струсил или не умею ездить верхом.
— Значит, вам отнюдь не все равно, — уверенно заключил я, — что о вас думают другие.
— Мне все равно, — с горячностью запротестовал он.
— Зачем тогда проезжать Движение?
Он упрямо поджал губы.
— Я больше не буду отвечать на ваши вопросы. Завтра я сяду на Движение.
— Хорошо, — спокойно согласился я. — Но завтра я не отправлю Движение на Пустошь. Не думаю, что сейчас он нуждается в нагрузках. Лучше всего проездить его размашкой по рабочей дорожке в паддоке, если это не покажется вам скучным.
Он напряженно и с большим подозрением посмотрел на меня, пытаясь понять, нет ли здесь подвоха. Я ответил ему бесстрастным взглядом.
— Ну что ж, — неохотно согласился он. — Завтра я буду проезжать его в паддоке.
Повернувшись, он вышел из конторы. Маргарет наблюдала за ним со странным выражением на лице.
— Мистер Гриффон не позволил бы так с собой разговаривать, — сказала она.
— Ему и не придется.
— Теперь я понимаю, почему Этти терпеть не может этого мальчишку. Он — наглец. Именно наглец, другого слова не подыщешь. — Маргарет протянула мне через стол три вскрытых конверта. — Вам необходимо ознакомиться. И тем не менее, — она опять заговорила об Алессандро, — он очень красив.
— Глупости, — запротестовал я. — Скорее уродлив. Она чуть улыбнулась.
— Он просто не может не нравиться женщинам.
Я перестал читать письма.
— Ерунда. Что там может нравиться?
— Вам этого не понять, — рассудительно ответила она. — Вы все-таки мужчина.
Я покачал головой.
— Ему всего восемнадцать лет.
— Возраст здесь ни при чем. Либо в тебе что-то есть, либо — нет. А в нем — есть.
Я не стал с ней спорить: у Маргарет не было ухажеров, и я не считал ее компетентным судьей в данном вопросе. Прочитав письма и подсказав Маргарет, как на них ответить, я отправился на кухню сварить себе чашечку кофе.
Беспорядок на столе свидетельствовал о большой работе, проделанной мною за ночь: стаканы из-под молока и кофе остались невымытыми, повсюду валялись исписанные клочки бумаги. Я не спал почти до утра, составляя заявочный список, хотя с большим удовольствием отправился бы в Хэмпстед к Джилли.
Составить заявки оказалось крайне сложным делом не только потому, что я раньше никогда этим не занимался, — из-за Алессандро мне приходилось по нескольку раз перечитывать условия скачки и при этом рассчитывать, кого заявлять, если через месяц его не будет, и что делать, если он все-таки останется.