1918: Весна империи [litres]

– Благодарю вас, ваше величество.

– Как известно вашему величеству, в нынешней Элладе весьма популярной является идея восстановления великой Эллинской империи, и на фоне воссоздания Ромейской и Римской империй, среди греков усиливается комплекс обделенности, неудовлетворенности существующим положением дел и ностальгией по былому величию. А провозглашение Ромейской империи нанесло по этим комплексам тяжелейший удар, поскольку, как считают многие греки, у них отобрали или даже украли их мечту, практически национальную идею. Что, в свою очередь, создает мощный фундамент для напряженности между Ромеей и Грецией, при том что географически Греция очень важна для безопасности Ромеи. И нам важно не толкнуть Элладу в объятия, как метко вы выразились, ваше величество, наших заклятых друзей из Лондона, а, наоборот, максимально вовлечь ее в нашу сферу влияния.

– Это понятно. Продолжайте, граф.

– Положение короля Константина Первого достаточно зыбко. С одной стороны, он благодарен нам за то, что мы фактически вернули ему трон, прислав эскадру боевых кораблей к берегам Греции в качестве почетного эскорта. С другой, вся история с Ромеей делает его в глазах народа и элит монархом-неудачником, да еще и ставленником русских, которые отобрали у греков Ромею. Я имел сегодня продолжительную встречу со своим греческим коллегой, который, как известно вашему величеству, прибыл в Константинополь с рабочим визитом. Ситуация довольно тяжелая, и позиции проанглийской партии вновь усиливаются. Пока до нового изгнания короля дело не дошло, но к тому идет, и наша задача не допустить этого. В связи с этим я предлагаю вернуть грекам мечту и поднять чувство собственной значимости. В конце концов, чем они хуже итальянцев?

Ну, например, тем, что у них не было принцессы Иоланды Савойской. Но, в принципе, Свербеев прав, греки ничем не хуже. Толком воевать не умеют ни те, ни другие, а стратегическое положение важное и у тех, и у других.

– И каким образом вы предлагаете поднять грекам чувство собственного величия?

Министр иностранных дел выложил то, ради чего он, собственно, и пришел.

– Государь! Я предлагаю продать королю Константину Эллинскую империю.

Я хмыкнул. Вот умеет Свербеев удивлять и предлагать хитрые решения. Возможно, именно поэтому он все еще министр.

– Продолжайте. Крайне любопытно, что же вы придумали на этот раз.

Тот склонил голову в церемониальном поклоне.

– Благодарю, ваше величество. Я предлагаю вот что. Первое. Передать Греции квартал Фанар в Константинополе. Кафедра патриарха все равно переехала с собор Святой Софии, а Фанар все равно населен греками. А за Фанар можно в порядке «уточнения границ» получить взамен какой-нибудь остров. Или даже несколько.

– Хм… Дальше.

– Второе. Позволить королю Константину перенести формальную столицу Греции в Фанар. Это позволит ему объявить о том, что Константинополь – столица Эллады, как они о том и мечтали. Мы уж как-нибудь поместимся в одном городе.

Граф взглянул на меня, но я не стал что-либо комментировать. Пусть выложит всю идею.