В плену порока. Игрушка темных эльфов

В воздухе веяло приятным запахом каких-то цитрусовых фруктов вперемешку с запахом роз, что стояли на столе. Я так и знал, что моя светлая эльфийка не удержится от ароматных масел и все-таки залезет в чашу с большим разнообразием флаконов, оставленную специально для нее.

От одной лишь мысли об её обнаженном теле в моей купальне, как в венах снова начинает разжигаться пламя. Тьма словно кошка тянулась к ней и ластилась, как самый послушный и домашний зверь.

– Большое спасибо за наряд, – робко произнесла она. – Очень красивый.

– Не благодари. Негоже будущей матери моего ребенка разгуливать по замку голой, – большие голубые глаза увеличились вдвое. Я видел, как задрожали её тонкие руки.

– Почему ты так уверен в этом? – она говорила тихо, однако в голосе слышалась уверенность. Эта девчонка почти единственная, помимо Рамула, моего главнокомандующего, кто разговаривал со мной без общепринятых стандартов. В принципе любого другого я бы казнил на месте. Тьма как зверь вечно голодна и ей всегда нужна жертва.

Правда, в последнюю пару дней я её в себе не узнавал. Она была спокойна и сыта уже слишком долгое время. Я чувствовал, что с этим как-то связана Ариэн.

– Потому что об этом мне сказал пророк. А этот старик еще никогда не ошибался в своей жизни. Иначе давно был бы мертв.

Кажется, от этих слов ей стало еще хуже. Вот только уверенности в ней прибавилось чуть больше, не смотря на трясущиеся руки и подкашивающиеся коленки. Я прекрасно чувствовал, что она боится не меня. Светлая боится понести от меня дитя. Это раздражало.

– А что будет потом?

– Потом вернется баланс, и мой народ будет силен как никогда.

– А что по поводу моего народа? – с какой-то надеждой спросила она.

– А твоего народа больше нет, и не будет. От него останется лишь потомок с моей кровью в венах.

– Это несправедливо, – прошептала она сквозь тесно сжатые зубы. Я чувствовал как в малышке помимо страха и непонятной мне уверенности, зарождается злость.

– Таков мир, Ариэн. Слабые погибают первыми.

Я стоял и улыбался уголками губ. Мне очень нравилось злить эту эльфийку. У нее так забавно краснели щеки и сжимались кулачки.

Я вообще за всю свою жизнь уважал лишь сильных, решительных и отважных созданий этого мира. Тех, кто мог дать отпор, кто был готов до последнего вздоха бороться за свою жизнь. И эта девчонка определенно была одной из них. Если бы не ее нелепая защита в деревне, я бы убил ее, не задумываясь. Тем самым уничтожая заодно и всю расу темных эльфов. Эта светлая эльфийка можно сказать спасла мой народ от медленного вымирания. Но пусть пока что не рассчитывает на благодарность.