Чёрный Рыцарь [ЛП]

Если я не отвечу, она ворвется в парадную дверь, а я не могу допустить, чтобы Эльза увидела меня в таком состоянии.

Ким: Ты идешь на вечеринку? Кто ты и что сделала с моей лучшей подругой?

Эльза: Я посещаю вечеринки.

Ким: Уверена?

Эльза: Иногда.

Эльза: Так ты идешь или мне приехать?

Ни то, ни другое?

И все же я печатаю.

Ким: Давай встретимся на вечеринке!

По крайней мере, это даст мне время побыть вне своих мыслей.

Я уже собираюсь отложить телефон, когда он вибрирует от другого сообщения. Я ожидаю, что оно будет от Эльзы или Ронана, но нет.

Неизвестный номер: Что делаешь?

Кимберли: Кто ты?

Неизвестный Номер: Тебе лучше не заниматься мерзким делом, или, клянусь, я залезу в твое окно.

Я замираю, сердцебиение учащается. Мои пальцы дрожат, когда я печатаю.

Кимберли: Ксандер?

Неизвестный Номер: Единственный и неповторимый.

О, Боже. Ох, черт. Почему он мне пишет?

Кимберли: С каких это пор у тебя есть мой номер?

Эльза никогда бы не поделилась им с ним.

Ксандер: Думаешь, что у Ронана может быть твой номер, а у меня нет?

Он украл его. Я знаю это без тени сомнения. Даже в детстве, всякий раз, когда Ксандер не мог получить то, что хотел, он притворялся, что его это не волнует, а потом прокрадывался за спинами всех и все равно брал это. Просто, доказывая, что он может.

Прежде чем я успеваю высказать ему часть своего мнения, от него приходит еще одно сообщение.

Ксандер: Что тебе сказала Джанин?

Я так сильно прикусываю нижнюю губу, что удивляюсь, как не льётся кровь. Я действительно сожалею, что открылась ему о своих отношениях с мамой все эти годы назад. Он не только знает мои грязные секреты, но он единственный, кто знает о том, как моя мама заставляет меня чувствовать себя такой маленькой и незначительной.

Хотела бы я сказать ему, что все изменилось, но увы. Это не значит, что я не могу солгать об этом.

Кимберли: Ничего.

Ксандер: Ты ожидаешь, что я поверю, что тиран действительно отпустил это, будто этого никогда не было? Попробуй еще раз.

Почему он вдруг стал таким странным? Моя голова работала сверхурочно с тех пор, как Эльза ушла в ванную. Это все равно что быть на постоянном подъеме и отказываться спускаться.

Кимберли: Ты не имеешь права так говорить о ней. Она моя мама.

Я ненавижу себя, как только отправляю это сообщение. Почему я должна быть такой лицемеркой? Но опять же, Ксандер не рассказывает мне о моей семье, будто у него есть на это полное право.