Принцесса

А потом она уехала. И тогда же Нина в первый раз увидела Ильку. Он показался ей невероятным на фоне новенькой машины, в строгом пуловере и темно-коричневых джинсах. Она видела его мельком, пробежав от уборной к дому, не удержалась, встала на носочки на крыльце и взглянула еще раз. Но тогда он ее даже не заметил. Они с Серегой о чем-то поговорили, потом брат выволок рыдающую Юльку и затолкал на заднее сидение автомобиля. И все. Нина думала, что после отъезда Юльки все будет как прежде, но как прежде не стало. Неделю в доме была тишина. Серега с матерью о чем-то шепотом спорили на кухне, а потом он вдруг побрился налысо и уехал, поцеловав ее и мать на прощание. Тогда мать в первый раз слегла. Испуганная Нина делала все, что могла, и именно в те дни между ней и матерью завязались те самые отношения, которые сплачивали на всю жизнь. Мать была благодарна за заботу, обнимала ее за русую голову, целовала и плакала. Она много плакала в те дни, Нину это угнетало, но она терпела, потому что это тоже входило в обязанности дочери — терпеть. Когда мать не плакала, они много разговаривали. И тогда она впервые услышала слово "мезальянс". Именно так назвала мать отношения брата и этой капризной девушки, сокрушалась о том, что Серегина невоздержанность теперь принесла столько проблем.

Так прошел остаток лета, осень и зима. Серега писал редко, скупо, утверждал, что все хорошо и обещал скоро вернуться. Но он все не ехал и не ехал, а потом случилось это. Каникулы были не за горами, закончились майские праздники, в огородах посадили картошку, уроков почти не задавали и можно было целыми днями проводить на улице. Так они и делали — носились разновозрастной толпой с одного края деревни на другой, по очереди катались на велосипедах, в общем, жили счастливой детской жизнью. Нине исполнилось тринадцать, и она каким-то непонятным чувством ощущала, что это лето будет последним летом детства, поэтому старалась наиграться на всю будущую жизнь. Она почти с завистью смотрела на малышек, баюкающих в старых байковых пеленках куклят. Ей тоже хотелось поиграть в куклы, но никто из ровесниц не предлагал, и она только могла дома подержать в руках давно заброшенного пупса Вовку, с которым не расставалась с детства. Вовка изначально был красавцем, но годы службы подточили состояние пупса, волосы на голове поредели, на лице остались следы шариковой ручки, пальцы косолапых ног были покусаны. Сейчас он лежал в серванте, завернутый в старое полотенце, у дальней стенки, рядом с парой новых валенок.