Электронная книга - «Особенные дети [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Предупреждения: BDSM, Смерть персонажа, Насилие, Нецензурная лексика, Секс с несовершеннолетними
- Он далеко?
Рука замерла.
- Не дальше, чем ты думаешь. Там, где он, сейчас тепло, очень тепло…
Кот украдкой усмехнулся: Сибирь из зоны поиска можно исключить.
- Он недавно переехал… И до этого переезжал. Он школьник.
Это было уже что-то.
- У него голубые глаза. Светлые волосы. Они вьются. Он ниже тебя… И он почему-то постоянно в опасности. Странно… Он странный… Он принесёт тебе боль.
- Боль? – мужчина поднял бровь. Какой-то мальчишка?
- Да…
Рука вздрогнула, и она резко убрала её, словно обожглась. Хрупкие плечи задрожали. Она порывисто отвернулась к стене и стала биться о неё головой. Мужчина встал. Он с сожалением, в котором скользила доля отвращения, посмотрел на сумасшедшую.
Уходя, Кот обернулся. Тогда он не знал, что видит её в последний раз.
Глава 4
- Ты опять опоздал.
Мельком смотрю на часы. Неправда, всего пять минут восьмого. Руслан, как в прошлый раз, усаживает меня на кресло перед собой и внимательно смотрит на меня. Я раздражён, после разговора с Валерием Ивановичем осталось крайне неприятное послевкусие, а воспоминание о мамином жеманстве только добавляет злости.
Наконец Руслан насматривается на меня и произносит как всегда негромко:
- Снимай верхнюю одежду и на колени.
Трепета, как в прошлый раз, нет. Я срываю свитер и не очень грациозно сажусь на колени посреди комнаты. Снова повисает молчание. Сегодня тишина вызывает лишь раздражение. Что я тут делаю вообще? Выжидаю минуту и, так как ничего не происходит, сквозь зубы бурчу:
- Ну?
Он не отвечает. Вскидываю голову и встречаюсь с его взглядом, полным ярости. Эта его ярость тут же тушит мою. Он, не отрывая взгляда, встаёт и делает шаг ко мне. У меня от страха душа уходит в пятки. Вот это взгляд. Сильный, волевой, подчиняющий. Не мигая, Руслан опускается передо мной. Кажется, я попытался попятиться назад, но парень тут же схватил меня за плечо:
- Если у тебя не хватает сил побороть свои эмоции, то проваливай. Такая тряпка мне не нужна.
Щёки вспыхивают, но я не отвожу взгляд. Внезапно слова сами вырываются:
- Накажи меня.
Боже. Что я только что сказал? Хочется перемотать на пару минут назад и одновременно оставить всё, как есть.
- Ты… - секундное замешательство отражается в глазах Руслана. – Снимай джинсы.
Это шаг вперёд. Большой шаг вперёд. Мои руки дрожат. А у кого бы они не дрожали? Совершенно осознавая, что я делаю, я тянусь к пуговице, расстёгиваю её, затем молнию и стягиваю джинсы. В голубых глазах что-то вспыхивает. Чёрт, какой красивый в этот момент Руслан. Я сделал это. Я хочу продолжения. И я возбуждён. Все сомнения в моей нормальности развеиваются. Меня возбуждает происходящее. Я гей. Хоть я и недолго мучился, но как-то спокойней стало. Так бывает, да. Shit happens.
- Обопрись о кресло, - тихо приказывает он.
Очень и очень кстати. Я как раз подумал, что если я увидел свой стояк, то и он. Кресло оказалось очень мягким. Я буквально лёг на него животом, положив голову на руки.
- Помнишь стоп-слово? – уточнил он, нагнувшись ко мне. Его шёпот обжёг. Я снова покраснел и лишь с энтузиазмом закивал. Воздух сделался густым, и от него першило в горле.
- Один, - раздалось надо мной, и я ощутил несильный удар. Подготовительный удар, можно сказать. Всё-таки Руслан меня жалел. Ремень предостерегающе опустился на мои ягодицы и тут же исчез. Это не было больно. Это было странно. – Два.
Теперь ремень укусил сильней. Место, куда он попал, загорелось.
- Три.
Ещё более ощутимо.
- Четыре. Пять. Шесть.
Каждый раз он давал мне несколько секунд передохнуть. Каждый раз я набирал полную грудь воздуха, стараясь не вскрикнуть. Внезапно перед глазами возникла другая картина. Как меня, перекинутого через диван, бьёт отец. Он сопровождает это грязными ругательствами и не церемонится. Когда я ощутил снова удар, то не удержался и всхлипнул. В голове всё смешалось: отец, ремень, Руслан. Невольно, при каждом ударе я подавался вперёд, и член получал хоть секундное, но соприкосновение с обивкой, что только продлевало агонию. Задница и спина полыхали, глаза застилали слёзы, и было ощущение, что время застыло.
- Даниэль, - Руслан развернул меня к себе, - ты в порядке?
- Да, - выдавил я из себя.
- Так больно? Почему ты не произнёс стоп-слово?
- Нет, - выдохнул я, глядя на него.
- Тогда что?
- Просто… - Сердце в груди стучало, как сумасшедшее. Я тяжело дышал и не представлял, как объяснить своё состояние. А ещё больше я боялся, что Руслан решит прекратить наши встречи. – Всё хорошо. Мне… Хорошо.