Эркюль Пуаро [сборник]

– Пуаро, вчера был чудесный день! – воскликнул я. – Вы просто разыгрываете меня!

– Нисколько! Термометр показывал двадцать семь градусов в тени. Постарайтесь не забыть об этом: тут кроется ключ к разгадке.

– А какое второе обстоятельство?

– Очень важно, что мистер Инглторп одевается крайне необычно, да еще очки, черная борода – вид у него довольно экзотический.

– Пуаро, я не верю, что вы говорите серьезно.

– Уверяю вас, друг мой, я абсолютно серьезен.

– Но то, что вы говорите – чистое ребячество.

– Напротив, это факты первостепенной важности.

– А если допустить, что присяжные обвинят Альфреда Инглторпа в преднамеренном убийстве, что станет тогда с вашими теориями?

– Если двенадцать деревенских ослов совершат ошибку, это еще не значит, что я не прав. К тому же этого не случится. Во-первых, местные присяжные не будут особо стремиться брать на себя такую ответственность: ведь мистер Инглторп у них вроде здешнего помещика; во-вторых, – добавил он спокойно, – я не позволю им этого!

– То есть как это не позволите?

– Очень просто, не позволю, и все!

Я взглянул на него со смешанным чувством удивления и раздражения: как можно быть таким самоуверенным!

Словно прочтя мои мысли, Пуаро кивнул и тихо повторил:

– Да, mon ami, я не позволю им этого.

Он встал и положил руку мне на плечо. Лицо Пуаро было печально, и в глазах блестели слезы.

– Знаете, я все время думаю о несчастной миссис Инглторп. Она, конечно, не пользовалась всеобщей любовью, но к нам, бельгийцам, покойная была исключительно добра. Я в долгу перед ней.

Я хотел перебить его, но Пуаро продолжал:

– Гастингс, думаю, она не простила бы мне, если я позволил бы арестовать мистера Инглторпа сейчас, когда одно лишь мое слово может спасти его.