Сбежавшая невеста

Катя снова заплакала. Анюта обняла подругу. Она покачивалась, чтобы ее успокоить, а сама думала, что делать дальше. Наверняка их теперь уволят. Значит, придется искать работу. И Денис! Как там оказался он? Он был в числе приглашенных, или это он сам пригласил китайца?

Тут же в голове всплыли слова хозяина о том, что какая-то фирма устраивает вечер в связи с успешным подписанием договора. Не та ли это компания, что на визитке значится? Кстати, а где эта бумажка?

— Катя, а куда мы с тобой визитку дели?

— Не знаю. После того, как ты отнесла чеки на ресепшн и позвонила Насте, чтобы та их забрала, я больше ее не видела. Выкинули, кажется. А может, где-нибудь в кармане сумки валяется. А зачем тебе?

— Я Дениса видела. Представляешь! Помнишь, я тебе рассказывала, что он меня на руках в лесу нес?

— Иди ты! Правда, что ль?

У Кати сразу высохли слезы, а в глазах заблестело любопытство. Она вообще была милашкой. Вздернутый носик, покрытый веснушками, как у всех рыжеволосых людей, пухлые губы, широко распахнутые серые глаза. Вьющиеся пряди она заплетала в две толстые косички и закрепляла разноцветными резинками. В отличие от субтильной Анюты, Катя была крупной девушкой. Потому все и удивлялись, что именно Аня в их паре лидерствовала, а если надо, могла встать на защиту подруги.

— Да. Это точно был он.

— Это тот мужик, который нас из вип-комнаты выпустил?

— Да, он.

— А вдруг он такой же мерзкий, как и китаец? «Золотая молодежь» и все такое…Говорят, с кем поведёшься, от того наберешься.

— Это в дружбе. А если они просто партнеры по бизнесу?

— Слушай, а ты почему его защищаешь? Запала, что ли?

— Нет, — отмахнулась Анюта, но вдруг почувствовала, как щеки наливаются краской. — Скажешь тоже! Зачем мне такой старик нужен?

— Ты опять за свое? Где ты молодого да богатого найдешь? Хочешь, чтобы кавалер при деньгах был, значит смирись с его возрастом. Или бери в оборот юнца, катайся с ним на байке, болтайся по барам и клубам и соси палец или обслуживай его дружков за кружку пива.

— У меня другая в жизни цель, — насупилась Анюта.

— Ага. В актрисы податься. Слышали, знаем! Да только что ты, актриса погорелого театра, старательно прячешь свою внешность? Смой с себя косметику, надень короткую юбку и затуси в этом клубе. У твоих ног сразу все богатенькие буратинки в штабеля складываться будут

— Ага! А потом утащат в какой-нибудь отельчик и отымеют всей компанией. Дура, ты Катька! Ничего не понимаешь! Я присмотреться сначала хочу, правильный объект выбрать.

— А если твой объект женатым мужиком окажется?

— В такие места вряд ли женатики ходят. Они больше по ресторанам штаны протирают.

— Ладно, предприимчивая ты моя, трясешься от холода в парке на скамеечке, а туда же! Жениха ей богатого подавай. Нет, Анюта, я хочу замуж по любви выйти.

— И жить в деревне.

— А что, мне в нашей деревушке нравится: простор, свобода, свежий воздух, — Катя тяжело вздохнула, в глазах опять заблестели слезы.