Цвет. Захватывающее путешествие по оттенкам палитры
- Автор: Финли Виктория
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Эксмо
- ISBN: 978-5-04-160208-6
- Переводчик: Анна Н. Степанова
- Жанр: Геология и география
Электронная книга - «Цвет. Захватывающее путешествие по оттенкам палитры». Краткое содержание книги:
Отправьтесь в захватывающее приключение с бесстрашной журналисткой, путешествуя по древним торговым путям; познакомьтесь с финикийцами, плывущими по Средиземному морю в поисках пурпурной раковины, которая принесет им богатство и удачу; встретьтесь с чилийскими фермерами, разводящими насекомых из-за красного цвета их крови. И, наконец, удивитесь тому, что краски, из которых состоит наш мир, могут быть настолько яркими.
В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
Утопия – это так называемое децентрализованное сообщество, состоящее из шестнадцати отдаленных поселков. Меня пригласили в главный, который назывался Юэндуму. Это была первая безалкогольная община аборигенов, которую я посетила (что делало ее более безопасной, особенно для живших там детей и женщин), хотя у поселения были и другие проблемы – в основном скука и отупение. Ужасно потерять свою землю, но когда (как в традиционной культуре аборигенов) эта земля является не только физическим, но и духовным воплощением мира, трудно найти что-либо ей на замену. Кочевая жизнь – цель сама по себе: что делать, если пропадает необходимость ходить? В первое утро пребывания в поселении я отправилась на прогулку, и несколько женщин позвали меня в свой «лагерь». Снаружи он выглядел как дом с верандой, но внутри был похож на бомбоубежища, в которые я часто лазила в детстве: мрачное и сырое помещение, стены покрыты граффити – все это выглядело неопрятно. У одной женщины был подбит глаз. Остальные пригласили меня, потому что хотели узнать, имею ли я какое-то влияние на администрацию по искусству и, что более важно, могу ли я использовать его, чтобы помочь купить им новые полотна. «Я закончила вот эту, – сказала одна женщина, указывая на картину, на которой была изображена ее „земля” в виде узора из крошечных ярко-зеленых и белых точек. – Без холста делать нечего».
Позже мы с Саймоном отправились в центр искусств – в уже полуразрушенное, хотя и недавно построенное здание. В подобных сообществах многое ветшает слишком быстро. Дверцы шкафа свисали с петель, мусор грозил заполнить все пространство. Висевшее объявление (за подписью «Арапунджа Артистс Инкорпорейтед») гласило, что с собаками вход в студию запрещен. Это однокомнатное здание предназначалось не для розничной торговли – до Утопии добираются лишь немногие покупатели, – а для того, чтобы создавать картины, хотя сейчас оно было больше похоже на место, где раздают холсты и проводят операции с наличными деньгами.
Утопия была родиной покойной Эмили Кейм Кнгваррейе, прозванной «старой леди», бывшей наездницы на ранчо, которая стала одной из самых известных австралийских художниц (картины с изображением ее родины использовались в качестве доказательств на слушаниях о правах на землю). Многие художники Утопии – женщины; казалось, в то утро большинство из них пришли в Центр искусств, чтобы сдать готовые работы и получить новые полотна, а их дети в то же самое время играли на грязном полу центра. Картины выглядели как множество точек, создающих эффект заросшего цветами весеннего луга, на который художник глядит сверху, прищурив глаза. «Что ты хочешь сказать этой работой?» – спросил Саймон одну из женщин, когда та протянула ему законченную картину. Полли Нгалр ответила, что белое – это цветы. «А какие цветы?» «Цветы ямса. А желтый – это семена. Какие? Семена ямса, – она терпеливо продолжала отвечать. Некоторые из названий картин за утро поменялись – сначала картина называлась «Эму Такер», затем «Спящая слива», а потом – снова «Эму Такер». Казалось, никто и не волновался, когда за полотно назначали цену, а затем начинали переговоры о новом.
В прошлый раз Эми Нельсон Напангарди не дали холст, так что сейчас женщина была почти в отчаянии, ведь она собиралась изобразить «Сон колдуна», картину о том, как сделать из куста лекарство. «Вот из такого, – сказала она, указывая на нарисованный кем-то куст сливы, чередующиеся пятнышки в розовых и желтых тонах. – Но мои цвета – не розовые», – решительно добавила она и объяснила, что колдунья во сне использовала только четыре цвета – желтый, красный, белый и коричневый. В то утро я обнаружила, что отчаянно пытаюсь лучше понять картины этих людей, разобраться, что заставляет их рисовать окружающий мир или сказочные истории, научиться ценить их не только за их (часто впечатляющие) цветовые контрасты. Я надеялась, что, возможно, зная то, что не позволено постороннему или, по крайней мере, о чем не принято говорить, я смогу лучше понять их картины. «А почему не розовые?» – спросила я. «Потому что белым покупателям они не нравятся», – ответила женщина.