Испанская империя. Мировое господство династии Габсбургов. 1500–1700 гг.

Взгляды Лас Касаса встретили серьезное сопротивление не только со стороны тех, кто имел корыстный интерес в использовании труда местных жителей, но и тех представителей духовенства, которые были убеждены в своей правоте не меньше, чем он. Последних возглавлял крупный ученый, последователь Аристотеля Хуан Гинес де Сепульведа, для которого доктрина Аристотеля о природном рабстве была полностью применима к индейцам на основании их неполноценности. Сепульведа считал войну и завоевание основной предпосылкой ко всем попыткам христианизации, поскольку справедливо и правильно было применять оружие против тех, кто по природе своей обречен подчиняться. В 1550 году в Вальядолиде между Лас Касасом и Сепулведой состоялся крупный диспут на тему, законно ли воевать с индейцами прежде, чем проповедовать им веру, чтобы потом они были более восприимчивы к наставлениям.

Диспут остался незавершенным и не смог присудить Лас Касасу безоговорочную победу, но, несмотря на это, вопрос об изменении законодательства сдвинулся в том направлении, которого он добивался. В 1530 году королевским декретом было запрещено в будущем обращение индейцев в рабство под любым предлогом. И хотя через четыре года под давлением его отменили, действие декрета было возобновлено в знаменитых Leyes Nuevas («Новых законах». – Пер.) от 1542 года, которые постановили также, что рабовладелец обязан доказать свое право на каждого раба, которым он владеет. Отмены рабства для индейцев удалось добиться не за один день, но к концу 1560-х годов это, по-видимому, все же произошло. К сожалению, это сопровождалось ростом импорта черных рабов, чья судьба тревожила совесть испанцев гораздо меньше, чем судьба индейцев. Между тем королевский декрет от 1549 года сильно ударил по системе encomienda, поскольку запретил encomienderos заменять выплату оброка принудительным трудом на шахтах. В некоторых регионах, как, например, в Парагвае и Чили, старая система продолжала действовать, несмотря на декрет, но на большей части Мексики и в Перу сопротивление колонистов удалось преодолеть, и принудительный труд в его традиционной неприкрытой форме исчез. Теперь, поскольку заменить труд местных жителей было нечем, требовалось найти новые способы заставить индейцев работать, что привело к появлению системы государственных работ, согласно которой индейцы работали под присмотром официальных представителей и получали за это деньги. Эта новая система, хотя, по общему признанию, она имела много общих черт со старой, сильно подорвала encomiendas. Как только индейцы начали работать на государство за пределами encomienda, encomiendero потерял контроль над своей индейской рабочей силой, и роль encomienda в американской экономике начала падать.