Не смотри [ЛП][Don’t Look]

— Нет, он его не узнал. На самом деле, мой двоюродный брат сказал, что от этого урода у него мурашки побежали по коже, и он был рад не иметь с ним больше никаких дел, даже если бы тот продолжал разбрасываться своими деньгами.

Линн моргнула.

— Что может вызвать у наркоторговца нервную дрожь?

— Он сказал мне, что покупатель был укрыт с головы до ног, — объяснил Нэш. — Он даже закрыл лицо шарфом, несмотря на то, что погода стояла теплая. И настоял, чтобы они встретились в темном переулке. Мой двоюродный брат предположил, что этот чувак, должно быть, убийца. Зачем еще платить целое состояние за транквилизатор для животных и прятаться в тени?

Или серийный убийца, мысленно добавила Линн, вслух она спросила.

— Твой кузен уверен, что это мужчина?

— Почему он назвал бы его чуваком, если бы он не был мужчиной? — Нэш ткнул пальцем ей в лицо. — Это все, что я знаю. Подставишь меня еще раз, и я заставлю тебя очень, очень пожалеть.

Она потянулась, чтобы открыть заднюю дверь.

— Убирайся, Нэш.

С кислым выражением лица Нэш повернулся, чтобы выскочить из дома, захлопнув за собой дверь. Секунду спустя Кир вошел в кухню.

— Очень ловко ты его прижала. — Он снял кожаную куртку и повесил ее на спинку деревянного стула.

Напряжение, которое сковало ее мышцы в тугие узлы, начало ослабевать. И не только потому, что Нэш ушел. А от того, что Кир стоял рядом с ней. Как будто его надежное присутствие давало Линн ощущение покоя.

Как ее личный «Ксанакс». Только у этого великолепное лицо и крепкое, сексуальное тело, которое она хотела заполучить в свои руки.

Сопротивляясь желанию наклониться вперед и глубоко вдохнуть его теплый аромат, Линн вытерла влажные ладони о джинсы.

— Я рада, что ветеринар, а не детектив. Это сложнее, чем кажется, — призналась она. — Плюс, я чувствую, что мне нужно принять душ после того, как Нэш побывал в моем доме.

Его губы изогнулись в медленной, соблазнительной улыбке.

— Я мог бы потереть тебе спину.

Линн без труда представила, как стоит в душе с Киром, как горячая вода льется на их обнаженные сплетающиеся тела…

Ее рот внезапно стал сухим, как наждачная бумага.

— Очень великодушно с твоей стороны.

Он сделал шаг ближе, словно почувствовав, какие мысли пронизывают ее сознание.

— Я щедрый парень.

Линн сглотнула, желая отвлечь его.

— Ты не должен мне этого говорить. Я управляю приютом для животных на ферме моих бабушки и дедушки, и мы всегда ищем пожертвования.

— Рассчитывай на мои пять тысяч, — сказал он без колебаний.

Она моргнула.

— Долларов?

— Недостаточно?

Это было самое крупное пожертвование, которое она когда-либо получала. Ну, за исключением ее бабушки и дедушки, которые пожертвовали ферму в своем завещании.

Она прищурила глаза.

— Ты делаешь это, потому что тебе меня жаль?

Он выглядел искренне озадаченным.

— С чего бы мне тебя жалеть?