Электронная книга - «Невинность в расплату». Краткое содержание книги:
— Да. Моего лица и тела никогда не касался мужчина. Я готова расплатиться за ее предательство.
— Ты понимаешь, что это значит, Мария? Ты будешь никем. Даже не наложницей. Ниже, чем рабыней. Ты никогда не выйдешь замуж. Не родишь детей. У тебя никогда. Не будет. Ничего своего. И. Если. Мне не понравится. Я просто вышвырну тебя отсюда. И твоя семья никогда не примет тебя обратно.
— Я знаю.
Но лишь делаю шаг вперед. Позволяя тонкому халату лужицей упасть у моих ног. Шаг в пропасть.
Ведь теперь только от меня зависит жизнь всей моей семьи.
— Мари…
Его глаза становятся просто черным пламенем.
Но…
Он не набрасывается. Не начинает резко вбиваться в меня, как раньше. На полную мощность. Терзая и разламывая все тело на кусочки.
Не отрывая взгляда, проводит рукой по щеке.
Так нежно. Так дико и запредельно трепетно, что внутри меня все сжимается. Все начинает дрожать.
— Блядь… Мариииииии…
Я не знаю, чего ждать. Не знаю, что делать с ним рядом. Что сделает он…
Просто откидываюсь на постели. Не шевелясь. Не раскрывая рта.
Просто раскидываю руки в стороны.
У меня же нет ни голоса, ни выбора.
Я просто должна позволить ему делать все, чего ему хочется.
Просто должна…
— Мари…
Вздрагиваю, чувствуя, как вспышки тока проносятся по губам, когда он, замерев, вдруг проводит по ним пальцами.
Долго. Нежно. Прижимая лишь чуть.
Так легко и невесомо, но от этого касания с телом начинает твориться что-то невообразимое.
Огонь.
Огонь вспыхивает так сильно, что опускается вниз.
Скручивается комком внизу живота. Превращается там в тугую, пульсирующую пружину.
Он накрывает мой рот губами.
Теперь совсем иначе.
Тягуче. Медленно.
Долгим нажимом твердых губ раздвигает мои.
Шумно выдыхает прямо мне в рот.
Опаляя этим выдохом. Язык, щеки изнутри, небо. До самого горла.
Проникает языком.
Тягуче. Неторопливо.
Кажется, задевая каждую шершавинку, каждую клеточку моего языка, чуть придавив, скользя по нему до самого верха.
А внутри все сжимает.
Сердце начинает нестись галопом.
Бадрид скользит вперед. Будто пробуя на вкус. Будто лаская и подчиняя одновременно. Знакомясь. Изучая. Заявляя свои права.
И волны разносятся по всему телу.
Удушливые волны, заставляющие трепетать до зуда в пальцах.
Хочется стонать.
Распахиваться перед ним.
Отдаваться. Подчиняться.
Обхватить руками и ответить.
Попробовать, какой он.
Шевельнуть языком и так же пройтись по его рту.
Ощутить его кожу по плечах. Понять, какое наощупь его могучее тело с бугрящимися, перекатывающимися мышцами, которые я чувствую на себе.
Но я не вправе.
Я никто.
Даже не наложница. Рабыня.
Безмолвная и безответная.
Я не имею право ни на что.
Да и неизвестно еще, как Бадрид поступит дальше.
Он вполне способен схватить сейчас меня за волосы и развернуть к себе спиной. Грубо вонзиться сзади, не слушая моих криков, не обращая внимания на то, что не имеет для него никакого значения.
Или развернуть к себе лицом. На коленях.
И грубо вдолбиться прямо мне в глотку, раздирая внутренности…
Я не имею права. Ни на что.
И все же я всхлипываю.
Даже эти мысли не сбивают этих диких, безумных, нежных волн наслаждения, что накрывают меня с головой. Снова и снова. Все больше. Все ярче.
— Да, — хрипло, рвано выдыхает Бадрид, разрывая эту сладкую, безумно, бесконечно сладкую пытку.
Поднимает на меня горящие глаза.
Уже без ярости.
Но дикая сила какая-то просто плещет из них.
Заставляя меня сжаться. И тут же распахнуться одновременно.
Замереть. Чувствуя, как гибну. Как тону в этих глазах.
В них страсть. Такая дикая. Такая одержимая, что опаляет.
Бьет наотмашь.
Заставляет дрожать мелкой дрожью под его тяжелым огромным сильным телом.
— Такая, — глухо хрипит Бадрид, проводя ладонью по моей щеке. — Именно такая…
Я замираю.
Лучше молчать. Не спрашивать, что он имеет в виду.
Да и не смогла бы выговорить ни слова.
Дыхания нет. Оно давно забилось где-то в горле.
Миг, — и он неистово, жадно опускается ртом на мой подбородок.
Не целует, — пронзает каждым поцелуем. Вниз.
По шее.
С глухим рычанием обхватывает мои груди, сдавливая их всей ладонью.
Сжимает пальцами потвердевший, каменный сосок, и я взрываюсь.
Разум улетает.
Перед глазами вспышки.
Снова и снова.
Все ярче и ярче, пока он перекатывает мой сосок, сжатый с силой его пальцами. Сдавливает сильнее и чуть приотпускает. Продолжая выкручивать.
И я стону.
Стону уже в голос.
Позабыв обо всем на свете, о том, что должна быть неподвижной и безмолвной. Только исполнять его приказы и команды.
О том, что могу сейчас этим его разозлить.
Стону, чувствуя, как кулаки сами сжимаются.
Мучительное, бешенное, запредельное томление охватывает всю. Насквозь.
Сама распахиваю под ним дрожащие бедра шире.