Похищенная невеста Братвы [ЛП]

— Кстати, где Элиза?

Мы с Кевином сделали около 5 “публичных” выступлений, то есть пять раз ясно дали понять, что мы “вместе” на публике или на вечеринке. Его жена, будучи полностью в курсе его ситуации, очевидно, знает меня. Мы встречались всего один раз, но она была действительно милой.

Кевин вздыхает и опускается в кресло напротив меня. — Ибица, с Раулем.

Я ухмыляюсь. — Рауль?

— Ее парень. Он художник.

Я удивленно моргаю. Я никогда по-настоящему не представлял, что Элиза тоже жила своей личной жизнью, помимо их с Кевином фиктивного брака.

Он вздыхает. — Что я могу сказать? Он дает ей то, чего я не могу.

— Гетеросексуальный секс?

Он постукивает себя по носу и подмигивает. — Вот именно.

Я хихикаю, но потом хмурюсь. Я знаю, что их ситуация отличается от большинства. Но я вдруг задаюсь вопросом, будет ли все еще трудно иметь своего “супруга”—настоящего или нет — с кем-то, кого они действительно любят романтически.

— Ты совсем не ревнуешь?

— О, да, — подмигивает Кевин. — Из-за ее.

Я начинаю смеяться.

— Зои, этот мужчина великолепен и, по-видимому, одарен, как бык.

Я фыркаю, хихикая, и слезы наворачиваются на глаза, прежде чем я успеваю перевести дыхание.

— О-о-о, и тебе просто одиноко здесь, дома?

— Я? О, нет, — он машет рукой. — Нет, у меня раньше были гости.

Я ухмыляюсь. — Гости, хм? Множественное число?

Кевин краснеет.

— Не попадись, — вздыхаю я. — Иначе все наши горячие свидания были бы напрасны.

— Слишком верно, — улыбается он. — Я осторожен, как всегда.

Я закатываю глаза. — А как дела на работе? Я слышал, ты возил свою шикарную задницу по всему миру?

Еще во время нашей первой “встречи” Кевин был еще одним смехотворно богатым финансовым парнем с политическими устремлениями. С тех пор ему каким — то образом удалось добиться назначения посла США-в Россия из всех мест, как ни странно.

Кевин смеется. — Это действительно было слишком давно, не так ли?

— Как там Россия?

— Чертовски холодно, и шкафов больше, чем тог в студенческом братстве.

Я разражаюсь хихиканьем, когда он улыбается мне. Но когда все стихает, его улыбка исчезает, когда он хмуро смотрит на меня.

— Ну и что?

— Ну и что?

— Мы будем говорить о том, как ты появилась у моей двери в десять вечера, промокший насквозь без обуви?

Я прикусываю губу. — Это… сложно.

— Конечно, это так, — ухмыляется он. — Но посмотри, с кем ты разговариваешь?

Я улыбаюсь. Я делаю глубокий вдох, а затем рассказываю ему все, что происходит. Я имею в виду только основы без конкретики, но как только на меня смотрят, все это начинает вырываться из меня. Я рассказываю все — о ночи, проведенной со Львом, о свадьбе, о том, как он забрал меня, о том, где я была… все это.

Когда я заканчиваю, вино Кевина заканчивается, и он смотрит на меня.

— Срань господня, — недоверчиво выдыхает он. — Ты действительно последовала моему совету "просто найди кого-нибудь" и вроде как согласилась с ним, дорогая.