Свой кусочек счастья

— Госпожа, — вполголоса сказал он, — я заберу Илью, можно?

— Да, идите, — улыбнулась Анита, привычно коснувшись его темных волос, и погладив мужа по плечу.

— Я вернусь, — улыбнулся Илья, выпуская руку своей девушки. — Кажется, тебе хотят что-то интересное рассказать.

И, адресуя уже Кристиану, вполголоса:

— Зараза ты! Я забыл, что и Венги не надо, ты своим примером можешь испортить и плохому научить. Учти, вот если все так и будет, я тебе каждую ночь буду в кошмарах приходить!

— А я что? Я ничего, — ненатурально-искренне и ехидно удивился Кристиан. — Я думал, что плохому от Эмиля лучше учиться.

— Нет, у тебя еще лучше получается, — бросив на Криса последний осуждающий взгляд, Илья вышел.

Мужчины явно продолжали какой-то, им известный разговор, а Марине было весело. Может, оттого, что предполагаемая соперница оказалась совсем не соперницей? Может, оттого, что впервые она видела, как Илья искренне смеется с друзьями, и видела этих самых друзей?

Анита тоже проводила взглядом уходящих мужчин, к которым присоединился Эмиль, и предложила:

— Присядем? Прости, что я хозяйничаю в чужом доме, но я хотела немного рассказать об Илье, а стоя неудобно и слишком долго.

Марина кивнула, соглашаясь, и тоже присела.

— Он, действительно, особенный, — продолжала гостья. — Очень сильный, иначе просто бы не выжил, и ранимый, и впечатлительный — настоящий артист! И я только очень надеюсь, что у вас все серьезно, потому что любить он умеет слишком сильно, и еще одного разочарования просто не перенесет. А еще — там, на Венге, учат слушаться женщин, так что, когда такое умение прилагается к любви мужчины — бери его, не задумываясь! — хитро прищурилась она.

Марина слушала, и не знала, что сказать: ей буквально вручали Илью, передавали из рук в руки. Впрочем, сам объект был явно не против.

— Мне кажется, что он и раньше рыцарски относился к женщинам — наконец сформулировала она. — Мне еще казалось, что так не бывает, такие мужчины давно уже закончились, а это — игра на публику. А сейчас понимаю — нет, не игра.

— Не игра, — подтвердила Анита. — Я Криса выпорола один раз, точно помню, от злости… А что, это правда жизни! — ответила она на молчаливое изумление собеседницы. — С Эмилем играла, ему так нравится, на грани боли; а вот с Ильей… рука никогда бы не поднялась, даже если бы заслужил. Ни в шутку, ни всерьез не смогла бы, хотя я и имела, формально, все права. Есть в нем что-то такое, что действует на людей, если они нормальные люди, конечно, а не законченные отморозки.

Марина слушала и была абсолютно согласна с этим — что-то есть в нем такое, неуловимое, а, может, просто непривычное, позабытое в обычной и привычной жизни. Но как хорошо, что у нее нет поводов представлять Илью и Аниту вместе — неожиданно эта воображаемая картина выбила ее из колеи, и хорошо, что такого не было… Представив Илью с кем-то другим, она совсем не почувствовала такого правильного желания, чтобы любимый человек был счастлив, пусть не с ней, пусть с кем-то другим… Нет, ее мгновенно посетило желание убить предполагаемую соперницу. А его? Убить, отомстить? Сложно сказать.