Священник Глеб Якунин. Нелегкий путь правдоискателя

1 октября состоялась еще одна встреча архиепископа Никодима с Виллебрандсом, о которой не сохранилось свидетельств в российских архивах. Единственным, и тем более ценным, источником является отчет Виллебрандса, благодаря которому известно о вовлеченности патриарха Алексия I в процесс переговоров о направлении наблюдателей. Можно предположить, что он был косвенным участником встречи 1 октября, так как в присутствии Виллебрандса состоялся долгий телефонный разговор архиепископа Никодима с патриархом, находившимся в летней резиденции в Одессе. Патриарх выразил радость в связи с приездом в Москву представителя Святого Престола и просил передать ему слова приветствия. В свою очередь архиепископ Никодим настолько подробно, насколько это позволял сделать телефонный разговор, передал патриарху содержание переговоров с монсеньором и всю ту важную информацию (в первую очередь, политического характера), которую тот [монсеньор – прим, ред.] смог ему сообщить.

11 октября 1962 года в Риме был торжественно открыт Ватиканский Собор. В Москве внимательно следили, по каким руслам пойдет обсуждение проблем – не будут ли вновь, как и во время понтификата предшественника нынешнего папы, поставлены на повестку дня вопросы борьбы с коммунизмом и осуждение марксизма. Архиепископ Никодим не оставался праздным наблюдателем: пока решался вопрос о посылке наблюдателей от РПЦ на Собор, у него уже был свой информатор на Соборе – образованный и толковый, прекрасно владевший русским языком иезуит Мигуэль Арранц. Не без помощи советских спецслужб были налажены каналы связи через дипломатических представителей. Арранц писал ему: «Со времени объявления о созыве Собора в борьбу вокруг него втянулась вся наша иерархия. В самой курии стремились ограничить, урезать, и, если так можно выразиться, «обкорнать» почин папы Иоанна. В этой борьбе принимали участие все силы старой «ватиканской гвардии». Трудности такой борьбы для оппонентов папы были очевидны. Во-первых, папа как-никак самодержавен и вдобавок непогрешим. В своих решениях он безапелляционен и обладает вероучительной непререкаемостью. Во-вторых, сам папа Иоанн по природе не только осмотрительно настойчив и хитер, но и по-настоящему упорен до упрямства, коль скоро убежден в своей правоте. В-третьих, за истекшее время с начала своего понтификата он пережил большинство своих главных и наиболее могущественных оппонентов, противившихся созыву Собора. В-четвертых, за время своего правления он успел возвести в кардинальское достоинство полсотни лиц, большинство которых были его личными кандидатами. В-пятых (и это, вероятно, главное – прежде, чем дать свое генеральное сражение), папа-стратег ждал, чтобы вокруг него был собран весь епископат Римской Церкви»18.