Угощение на Хэллоуин

– У тебя был умопомрачительный секс с горячим бородачом, а ты сказала: «Как жаль, что это не сработало?» В английском языке больше слов, чем в немецком и французском вместе взятых. И любое из миллиона слов было бы лучше. Ты могла сказать: «Я обожаю парады кораблей-призраков» – и это все равно было бы куда лучше, чем та фраза, которую ты выдала этому прекрасному мужчине с величественным членом.

– А я не говорила, что он величественный. Это же член, а не парящий орел. Я говорила, что у него великолепный член. И… могу я добавить? Что за странные парады? Ты что под кайфом?

– Джоуи, мы не о парадах говорим сейчас. А о тебе, Крисе и его волшебном члене.

– Великолепном. Не волшебном. Он не совершал с ним фокусов. И не было никаких кроликов.

– Он подарил тебе не один, а два кричащих оргазма за один час. Ты знаешь, для меня это волшебство.

– Вообще-то я не крикунья. Это были, скорее, два невероятно громко рычащих оргазма. И произошло это за сорок пять минут.

– Ну, если он тебе не нужен, то давай я его себе заберу? Симпатичного парня с бородой из Портленда.

– Нет, не выйдет. Он в Орегоне. А ты-то нет.

– К черту Л-А. Ради мужчины, который сказал, что будет есть твою киску следующие шесть месяцев. Ради такого я могу и в Орегон переехать. Прямо сейчас пойду собирать вещи.

– Нет, ты не станешь.

– Уверена? – спросила Кира, наконец, успокоившись. – А что если я приеду в Орегон, чтобы потусоваться с тобой до свадьбы? Хмм? Что если я и твой Крис Мастер-На-Все-Руки встретимся, и между нами что-то вспыхнет? Ты будешь возражать? Ты будешь возражать, если мы с ним сядем в его огромный грузовик и умчимся в закат?

– Вообще-то в Орегоне октябрь. Ты не увидишь заката. Ты увидишь туман. Но он тоже довольно мил.

– Ты не ответила на мой вопрос. Ты будешь возражать, если я приеду в Лост-Лейк, и мы поедем ужинать, а я заберу твоего мастера и увезу к себе, чтобы проверить, насколько он рукаст? Ответь мне.

Джоуи не ответила на этот вопрос. Она вообще не хотела больше говорить о Крисе. Не сейчас, когда лежала в постели, в которой у них был секс, на простынях, которые еще хранили тепло и запах его кожи, со стаканами вина, которое они пили, на прикроватном столике.

– Нет. Мне бы не понравилось. Но я бы не стала тебя останавливать. Он один. И ты одна.

– Он не может быть один, если так хорош в постели.

– Он очень хорош в постели. Но это не сработало. Как только он ушел в ванную… Я просто не смогла сдержаться. Все, о чем я могла думать, так это о двух годах моей жизни, которые закончились. И меня бросили не потому, что он нашел кого-то лучше или получил работу в другом месте, или еще что. Два года моей жизни были ложью. Это могло вообще не произойти. Это была пустая трата времени. Два года спущено в унитаз.

– Послушай, я знаю, что разрывы тяжело переживать. И в сто раз тяжелее их пережить, когда кто-то обманывает или изменяет. Я знаю. Со мной это бывало. Но Бен не был для тебя всей жизнью. У тебя есть любимая работа, за которую ты порвешь кого угодно. Я работала там до тебя. Я знаю, как много мы сделали. И я знаю, что за год с тобой во главе мы сделали еще больше. Ты просто гений маркетинга, и мы все это знаем. Останешься ты или нет, у тебя два года опыта, два года контактов, два года успеха, которые можно записать в резюме. У тебя есть друзья – я, например, да и вообще, кто тебе еще нужен, кроме меня? И ты живешь в чертовом Гонолулу, Гавайи, так близко к пляжу, что можешь увидеть китов из окна квартиры. Скажи мне, ты ещё хочешь спустить всё это в унитаз? Правда? Иди. Иди посмотри в туалет, проверь, не плавают ли там киты.