Драмы

Твое сомненье справедливо, Клотальдо, и тебе охотно Я дело разъясню теперь. Ты знаешь сам, что Сигизмунду Влияние звезды враждебной Несчастиями угрожает И множеством страданий тяжких. И вот узнать я захотел, Правдиво ль неба предсказанье? Дало немало указаний Оно суровости своей; Но, может быть, оно смягчится, Свою жестокость уменьшит И, доблестью благоразумья Побеждено, изменит жребий? Ведь человек сильнее звезд! Все это я хочу узнать. Кто он, скажу я Сигизмунду. И пусть тогда покажет он Свои наклонности и разум. И если он звезды влиянье Великодушьем победит, Он будет царствовать; но если Тираном будет и злодеем, Его верну к цепям обратно. Теперь я знаю, спросишь ты: Чтобы проделать этот опыт, Зачем сюда он привезен В забвении глубоком сна? И это разъясню тебе, Поймешь из моего ответа. Когда сегодня он узнает, Что он мой сын, а завтра утром Себя в темнице вновь увидит Конечно, жалкий жребий свой В отчаяньи проклянет он! Чем, как себя тогда утешит И что в замену прав получит, Прав на корону и престол? Оставить надо дверь открытой На случай горькой неудачи! Ему ты скажешь: "Сигизмунд, Все, что ты видел в эту ночь, Лишь сновидение и греза". Мы двух вещей достигнем так. Во-первых, ближе мы узнаем Его наклонности и чувства: Проснувшись, будет поступать он, Как вздумает и как захочет; А во-вторых, его утешим: Сегодня, правда, во дворце Все повинуются ему, Но завтра он в своей темнице, Припоминая день минувший, Поймет, что только грезил он; И хорошо, когда поймет: Ведь в этом мире все, Клотальдо, Все, кто живет, лишь спят и грезят[203].