Среди огнистых камней

– Но как же быть с тем, что он хочет стать человеком? – возмутилась изумрудная туманность. – Человек точно не может быть создателем, и тем более Ирох.

– Это его выбор,– тяжело произнес белый с синим. – И он не желает никаких почестей, если уж на то пошло. Он делал все из других побуждений. А наша обязанность все заметить и оценить. Только не так оценить, Ортис, как было в прошлый раз. Ты бросил мне упрек, хотя мы доверились тебе в той ситуации. Я не имел права давать оценку.

– Я видел гениальное творение, что мне было еще сказать тогда?

– Можно было заметить и еще кое-что,– вновь вмешался лиловый Клош Ро. – А именно, беспомощность и беззащитность творений Горга. Это уже характеризовало его личность. Если бы мы пресекли его тогда, не последовало бы создания второго мира и его гибели, а также деградации Горга. Посмотрите теперь, в каком он состоянии! И мы не знаем даже, как помочь ему. У нас не было ни одного аналога этой ситуации. Ирам Ирох, кто такая Маша, о которой он бесконечно поет?

– Это человек, девушка, ее любит Ра-Ойл. И ее любит Горг.

– Какая нелепость! – снова возмутилась изумрудная. – Они слишком очеловечились. Я не понимаю этой связи и этой любви. Если она человек, то, какое может быть будущее у Ра-Ойла? И как он все-таки может быть Ирох? Это звание для основателей, а не для человека.

– Здесь не все так просто, Ортис,– произнес низким тяжелым голосом Ирам Ирох. – Здесь присутствует вмешательство Творца из другого мироздания, истинного создателя человека. И с этим мы должны считаться.

– Вот как! – встрепенулся Клош Ро. – Значит, мы не все знаем. Предоставь нам полную информацию.

– Я думаю, будет уместно и тактично, чтобы вы узнали ее от самого Ра-Ойла.

– Я не против,– сказал лиловый. – Думаю, всем нам будет интересно и поучительно послушать эту историю. Пригласи его, мы выслушаем всё.

На этом мой сон прервался. Я проснулась задумчивая, озадаченная и обеспокоенная. Я, конечно же, сообразила, что это был не совсем сон. Рауль предупреждал, что когда мой энергетический баланс восстановится, я смогу слышать основателей. Но не видеть же! Как вообще это возможно? Я словно побывала среди них, я слышала каждое слово, (если это было слово), я чувствовала любое их волнение, я помнила все их имена. И этот Ортис, я жила его чувствами, я была недовольна Ра-Ойлом, не считала его Ирох, мне не нравились люди. Это абсурд!

Естественно, я догадалась, что там был отец Рауля Ирам Ирох и что Раулю хотели дать звание Ирох. Но не могла взять в толк, зачем это нужно, и что несет в себе это дополнение к имени основателя. Я узнала, что Горг безумствует в своем заточении, и они никогда не сталкивались с подобным фактом. Что это означает для Рауля, почему его не отпускают? Что они хотят от него?

Соскочив с кровати, я быстренько собралась в путь на остров. Мама ушла на работу, поэтому я беспрепятственно отправилась в замок прямо из своей комнаты. Егор и Маранта еще спали, я появилась рано, позабыв о нашем двухчасовом промежутке во времени.