Весь Мегрэ. Том 2 [компиляция]

— Последний раз, — пояснил Коломбани, поощряемый взглядом коллеги, — преступники дали нам маленькую зацепку, которую мы постарались скрыть от прессы, чтобы не насторожить банду. Обратите внимание на приобщенную к делу справку номер пять. Девятнадцатого января преступление было совершено на ферме супругов Риваль, убитых, к сожалению, вместе с батраком и служанкой. Ферма называется «Монашки» — очевидно, потому, что построена на развалинах старинного монастыря. Находится она в пяти километрах от деревни Годервиль. К деревне примыкает железнодорожная станция, где останавливаются поезда местного сообщения, хотя это на магистрали Париж — Брюссель. Излишне говорить, что парижане редко пользуются такими поездами — кому охота трястись в вагоне долгие часы, останавливаясь на каждом полустанке? Так вот, девятнадцатого января в двадцать семнадцать с поезда сошел человек, имевший билет Париж — Годервиль и обратно.

— Приметами располагаете?

— Очень общими. Довольно молод, хорошо одет.

— Акцент иностранный? — решил внести свою лепту следователь.

— Он ни с кем не заговорил. Прошел по шоссе через деревню, и больше там его не видели. Зато на следующее утро в шесть с минутами он снова сел в поезд в Муше, другой маленькой станции в двадцати одном километре к югу. Такси он не брал. Ни один крестьянин его не подвозил. Трудно поверить, что он прошагал всю ночь для собственного удовольствия. Он неизбежно должен был пройти поблизости от «Монашек».

Мегрэ полузакрыл глаза, охваченный почти непреодолимой усталостью. Засыпать вот так, наполовину, ему случалось порой даже стоя. Трубка его погасла.

— Получив эти сведения, — продолжал Коломбани, — мы стали разыскивать билет через Компанию Северной железной дороги, поскольку билеты, сдаваемые пассажирами по прибытии поезда, хранятся в течение определенного срока.

— И вы его нашли?

— На Северном вокзале он не был предъявлен. Иными словами, пассажир ушел по путям или, смешавшись с толпой, выходившей на какой-нибудь пригородной станции, сумел скрыться незамеченным, что нетрудно.

— Об этом вы и хотели сказать, господин Мегрэ?

— Да, господин следователь!

— Что же из этого вытекает?

— Не знаю. Маленький Альбер мог ехать тем же поездом. Мог оказаться на вокзале. Впрочем, нет, — покачал головой комиссар, — в таком случае за ним начали бы охотиться раньше. К тому же он располагал каким-то вещественным доказательством — недаром после убийства дом его перерыли сверху донизу.

— Но, очевидно, не нашли того, что искали, почему Польенский и появился вторично?

— Нет, в этом случае они не послали бы туда полудурка. Я поклясться готов: Виктор пошел туда сам, не спросясь остальных. И вот доказательство: они, не раздумывая, прихлопнули его, как только сообразили, что полиция села ему на пятки и он рискует всех засветить…

Простите, господа, простите, шеф, я валюсь от усталости, — извинился Мегрэ и повернулся к Коломбани. — Увидимся в пять?