Воспоминания русских крестьян XVIII — первой половины XIX века
- Автор: Травин Леонтий Автономович, Пурлевский Савва Дмитриевич
- Год: 2006
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 5-86793-360-1
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Воспоминания русских крестьян XVIII — первой половины XIX века». Краткое содержание книги:
Это первая попытка собрать под одной обложкой воспоминания крестьян, причем часть мемуаров вообще печатается впервые, а остальные (за исключением двух) никогда не переиздавались.
Сверх того во время полой воды производится уже в одиночку промышленная охота на выхухолей по преимуществу крестьянами. Известно, что выхухоль, или просто хохуль, живущая при берегах рек и озер, роет норы по берегам озер или рек с возвышенными берегами. Норы начинаются под водою, аршина полтора-два ниже уровня воды и поднимаются выше уровня часто более двух аршин. Полая вода, заливая их норы, выгоняет наружу, и они принуждены бывают плавать на поверхности и цепляться за деревья. Тогда охотник, подплывая к дереву, в особенности перед вечером, стреляет в нее, но при этом должен убить насмерть или ранить смертельно, иначе она бросается в воду и, хватаясь там за кустик, околевает. Их находят по запаху после слития воды. Но охота за ними производится большею частию так: видит ли охотник хохулю на дереве или плывущею, он на лодке плывет к ней, а она, вынырнув первые два-три раза, бывает очень долго под водою, но впоследствии все короче и короче, тогда охотник, следующий за нею, легко убивает. За шкурки их и за хвосты с особым запахом охотники получают хорошие деньги, но что замечательно, — все базары, где продаются выхухоли, заражаются их запахом.
XIX
Прелести весны на реке Хопре (Саратовской губернии Сердобского уезда). — Мои увлечения рыболовством. — Охота за дичью. — Мой лучший друг В. А. Птицын, мелкопоместный дворянин. — Отеческие отношения его к крестьянам.
Полая вода уменьшилась, стекая ручьями в реки и болота; луга и прогалины в лесу очистились от нее, и на них показалась изумрудная зелень. Начиналась весна в тех местах, прекрасная и благоуханная. Буквально сотни соловьев поют в лесах, рощах и садах, окружающих усадьбы, один одного лучше, с вечера до утра. Жаль, что я не могу описать прелести такой весны, но скажу, что я в это время чаще вспоминал о потере матери, с которою мы вместе наслаждались прелестью весны, но и теперь я отдавался всем существом обаянию весны. Как только была возможность, я спешил во время праздничных дней на Хопер и на окружающие его озера и заводи ловить рыбу. Удочки, бредень, сеть, крючки для перетяга — все было приготовлено с зимы. Для незнакомых с ловлею перетягом нужно сказать, что перетяг — это веревка, перебрасываемая с одного берега на другой и прикрепляемая или к кустам или к нарочно вбиваемым кольям; на веревке висели крючки с насаженными на них живцами — маленькими рыбками. Перетяг ставился с вечера, а к утру снимался. При тогдашнем изобилии рыбы на перетяге всегда была какая-нибудь хищная рыба: щука, судак и проч.
Днем ловил рыбу удочкою или неводком, карасей, карпов, линей в озерах или заводях или же охотился с ружьем. Везде мне помощниками были лесные сторожа. Недалеко от Хопра был господский пчельник с хорошим подвальным омшаником и чистеньким домиком; пол в омшанике на лето высыпался песком. Это была моя летняя резиденция, тем более что управляющий поручил мне присматривать за пчельником. Хопер от усадьбы был верстах в 4–5; туда я ходил пешком и проводил там праздничный день, а иногда и два, и ночевал на пчельнике. После праздничных дней за мною присылали лошадь, так как я почти всегда возвращался с добычею, достаточною для стола управляющего и знакомых. Иногда ловилось так много рыбы и убивалось дичи, что остатки от взятой с собою в дом управляющего старик, лесной сторож, ходил по близким соседним помещикам и продавал, а попадавшихся больших сомов в 15–30 фунтов и до пуда продавали торговцам. Вырученные деньги шли на покупку пороха, дроби и рыболовных приборов. Я так пристрастился к этой охоте, что ездил из деревни Мокшанцевой верст за 15 на своей лошади, ставил и запирал ее в омшанике от оводов и комаров. И уже тогда в понедельник или после праздничного дня вставал до света, ехал через Софиевскуш контору, узнавал там наряд на будущую неделю и спешил на работу в деревню Мокшанцеву.