Битва за Орион [СИ]

— Лират! — здоровяк появился неожиданно, прямо из воздуха. «Отлично, он телепорт».

И она, что-то недовольно бубня под нос про отмщение, скрылась из вида. Здоровяк присел на корточки, поравнявшись с Аришей лицом.

— Знаешь, мне не хочется снова делать это с тобой. Но ты не оставляешь мне выбора. — Она захрипела, теряя голос.

— Стой. Я скажу. Всё, что захочешь. — Он довольно ухмыльнулся.

Ариша пустилась в повествование о силе отца. О том, как он беспощаден и могуч. О том, что послал их на разведку и помочь остальным. Утром они должны были быть в сопротивлении, но не успели побывать в логове, и потому дорогу туда не знает. Тогда он поинтересовался, откуда у неё сила. И она опять соврала. Историю выдумывать не пришлось. Полукровок на Земле обитало предостаточно. Смешанные браки не являлись редкостью. Рахалир нахмурился, сдвинув брови на переносице и минутку, другую думал. Потом резким движением разрезал веревки. Затёкшие руки и ноги заболели ещё сильнее. Он попытался помочь ей встать на ноги, но при этом не был аккуратен, скорее наоборот. Она случайно легонько дотронулась до его торса, и картинки заплясали перед глазами. Он совсем маленький, толстый и невзрачный, просит у матери внимания, но та беспощадна и несговорчива. Ей плевать на сына, и сердце разрывается от душевной муки. Картинка сменилась. Подросток прячется в маленькой комнатке, пропитанной неприятными запахами. Сидя на грязном матрасе, несколько суток подряд без еды и воды, молит всевышнего о дарах, которые упростили бы жизнь. Вот знакомится с отцом. Его он не видел ни разу за всю жизнь. Не презирает, но и не считает своим. Теперь будет жить с ним, ведь никто не должен знать, чей он сын, а скрывать стало невозможным. Вот впервые принадлежит себе самому. Здесь даже есть настоящая кровать, радуется, словно дитя. Телепортация была его даром с детства, но пользоваться ей начал, покинув дом матери. Затем проявился и другой дар — невероятная физическая сила. Тело было будто соткано из камня. Враги ломали об него руки и ноги в тяжелых схватках. Вышвырнуло из видений. Сознание отказалось продолжать функционировать, и она потеряла его, потому что была сильно истощена. Видения оказались лишними, но Ариша не всегда могла прекратить это по собственному желанию. Он взял её на руки и отнёс на свой матрас, осторожно уложив у стенки. Рахалир ненавидел себя за причинённую ей боль. Уничтожать такую красоту преступление. К сожалению другого выхода не видел. Лишь боль способна открыть правду, лишь ей можно довериться. Этому научила жизнь, и мать. Он смотрел, как она спит, постанывая, и заметил кое-что странное. Девушка мирно дышала. Вроде бы ничего необычного, но опухлость с лица начинала сходить, и синяки желтели. Потряс головой, отрицая, но девчонка продолжала восстанавливаться прямо у него на глазах. «Так вот, значит, какой у неё дар. Очень удобно. Интересно, порезы также исчезают?». Поймал себя на садистской мысли, и тут же затолкал в дальний, тёмный уголок сознания. Он полностью принимал беспросветную часть своей сути, даже считал её сильнее и удобнее той, что управлялась эмоциями и часто оказывалась бесполезной.