Электронная книга - «Чадо от профессора». Краткое содержание книги:
— Я вроде ясно дал понять, что намерен пить чай, — бесстрастно отвечаю.
Вижу, как в ее глазах собираются слезы. Губы кусает, явно набираясь сил, чтобы начать говорить:
— Остановись, Кость, — наконец выдавливает. — Давай просто сделаем вид, что не знаем друг друга. Уходи, пожалуйста!
Это больно. Мне-то — по понятным причинам. Я любил ее. Мечтал с ней семью построить. А она предала меня.
Но ей-то почему больно? Это невооруженным глазом видно.
Что-то в ее реакции вынуждает усомниться в реальности того, что заставило нас расстаться четыре года назад…
ХЭ
— И как же это определяется? — снова эта его самодовольная ухмылка.
— Есть в вас что-то такое, — я задумалась, — будто вы ничего не боитесь. Безнаказанность. Вот. Будто вы с детства привыкли, что вам все сходит с рук. А возникавшие проблемы за вас решали другие.
— Ух ты! — он усмехнулся. — Я, правда, вызываю такое впечатление?
— Не увиливайте. Я рассказала. Теперь ваша очередь.
— Отчасти ты права. У меня весьма влиятельный отец. Но я, как и ты, отказался следовать за ним. На то свои причины.
— Упрямство, очевидно, — не удержалась я от комментария.
— Опять-таки, отчасти. Если ты меня так хорошо читаешь, то может, мне и нет необходимости рассказывать?
— Нет уж! Продолжайте!
— Мои проблемы и правда, время от времени решали другие люди: отец, брат, даже друзья. Да только я этого никогда не просил. Я целенаправленно шёл туда, где меня поджидали разного рода трудности. И на кой черт, спрашивается, мне помогать? Но люди упрямы в своей вере в добро.
— Похоже, вы были тем ещё засранцем.
Он ухмыльнулся и поднёс кружку к губам:
— Ты снова права. Пока только в одном ошиблась.
— В чем же?
— Маменькин сынок — это не про меня, — он заметно посерьёзнел. — Не успел.
Его грустная усмешка заставила мое сердце сжаться. Зачем я только ляпнула…
— Простите.
— Ничего. Ее нет слишком давно. Я уже почти не помню ее лица.
— А фотографии? — зачем-то спросила я.
— Когда она умерла, отец в гневе сжёг все, что хоть сколько-нибудь о ней напоминало.
Я прикрыла ладонью рот, открывшийся от шока:
— Какой ужас. Неужели он не любил ее?
— Я тоже так посчитал. Вот и начал бунтовать. Даже вроде повзрослев, не мог остановиться. Может, и сейчас продолжаю. По инерции. Это просто привычка. Идти против желаний отца.
— Вы ведь больше не подросток, — упрекнула я препода, напрочь забывшись. — Я сделала такое предположение лишь сгоряча. Но если подумать, — а у вас было предостаточно на то времени, — очевидно, это была самая что ни на есть любовь. Видимо ему было настолько больно ее потерять…
— Теперь я тоже это понимаю. Но бунтующий, осознав свою ошибку, никогда в ней не признается.
— Но вы ведь только что признались, — я непонимающе нахмурилась.
Профессор задержал на мне долгий взгляд:
— Больше не хочу бунтовать. Но не получается. Все что я сейчас делаю, противоречит правилам.
Его медовые глаза глядели так проникновенно, словно за этими его словами крылось нечто куда более важное. Силясь понять, что я упускаю, я прикусила губу, и взгляд профессора тут же сполз к моему рту.
Ох, черт. Я затаила дыхание, в ожидании, когда этот странный момент закончится. А вернее в надежде, что он не закончится…
— Демон! — послышался оклик.
Я вздрогнула и повернулась на голос. Вот же блин!
— Кого я вижу? — Колян нетвердой походкой приближался к нашему столику. — Помнится, ты мне задолжала.
— Коль, иди. А то в этот раз точно придётся матушке твоей звонить, — пробормотала я.
— А ты мне не угрожай, — промычал Колян.
Моя попа вдруг оторвалась от кресла. Нарик прихватил меня за шарфик и подтянул к своему лицу.
— Может твой дружок расплатится?
— Может, — ответил за меня профессор.
— Константин Дм… — я было хотела попросить его не вмешиваться, как вдруг хватка руки, удерживающей мой шарф, ослабла.
В следующее мгновение, Коляна сразил один прямой удар в челюсть.
— Ну вот, меня уже называют твоим другом, — усмехнулся препод, разминая кулак.
— Вы зря это сделали, — прошептала я, заметив, как от бара отделилось несколько парней.
— О, повеселимся, — прошептал этот ненормальный.
Я словно к полу приросла. Однако сильная рука толкнула меня к двери. Я оказалась за спиной профессора.
— Ты чьих будешь? — проговорил один верзила.
Второй уже помогал Коляну подняться.
— Да вы, ребятки, меня вряд ли знаете, — усмехнулся Константин Дмитриевич. — Я привык к куда более интеллигентному окружению. Там подобных вам не водится.
— Ты хоть знаешь, с кем базаришь, интеллигент? — промычал один из дружков Коли.
— Разве это имеет значение? — профессор размял шею.
Он что же, собрался с ними драться? Да этих идиотов весь город знает! Они ему организуют отпуск с пропитанием на месяц-другой в больничку.
— В-вам лучше с ним не связываться! — дрожащим голосом выкрикнула я из-за спины препода. — Он Московский! Его батя важная шишка…
Не успела я договорить, как Константин Дмитриевич повернулся.
— Секунду, ребят, — бросил он верзилам.
Схватил меня за локоть и, вручив в руки куртку с вешалки, выставил за дверь.
Что ещё за… Какого… В голове крутилась масса эпитетов. И они приумножились, когда я обнаружила, что дверь в кофейню заперта изнутри. Да и куртка, в общем-то, не моя.