Начало пути [litres]

А это была проблема ещё та. Построенный после воссоединения Крыма с Россией мост развалился в результате мощнейшего землетрясения. Проектировщики моста, конечно, знали, что это сейсмоопасный район, и, в принципе, заложили в конструкцию необходимый запас прочности. Но они не предполагали, что случится землетрясение силой 8 баллов, а геологические структуры окажутся столь пластичны. Одним словом, рассыпался красавец мост, как карточный домик, похоронив в водах Керченского пролива, кроме людей, находившихся там в момент катастрофы, колоссальные средства, которые были потрачены на возведение этого чуда инженерной мысли. Страна всё ещё залечивала раны, нанесённые недавним землетрясением. Но сквозь боль и слёзы выкристаллизовывалась мысль, что всё равно придётся строить новый путепровод для связи полуострова с материковой частью России. Перебрасывать грузы наземным путём было чрезвычайно рискованно, на территории бывшей Украины всё ещё процветала анархия, и персонажи типа Попандопуло с азартом грабило население. А когда появлялись транзитные грузы или следующие в Крым туристы, то для всей этой махновской вольницы это был настоящий праздник. Бомбили добычу с чувством, толком, расстановкой, не оставляя ни единого шанса проскочить не ограбленным в Крым. Навести порядок на территории бывшей Украины никак не получалось – международное право не позволяло ввести войска в суверенное государство. А на бумаге Украина была именно такой – суверенной и «незалежной». Да к тому же паны в Киеве были весьма голосисты и хорошо кормились за счёт этой «незалежности». Предложение президента, по существу, было признанием первым лицом страны того, что корпорация превратилась в истинный столп государства. При том давлении, которое оказывал Запад на Россию, не было другой структуры в стране, которая, опираясь исключительно на собственные технологии, могла бы осилить возведение такого сверхсложного сооружения. Тут всё решали уже не деньги, а интеллектуальные возможности и отработанные технологии. Конечно, эту проблематику Сергей знал хорошо – все соучредители живо интересовались событиями в Крыму после такого страшного землетрясения. Как практики анализировали, чем конкретно корпорация сможет помочь бывшей всесоюзной здравнице. Вариантов было много: и возведение там солнечных электростанций, и строительство санатория для своих сотрудников, и организация на базе местных пансионатов, новых домов рожениц и кадетской школы. По всем этим вопросам люди корпорации уже работали в Крыму. О строительстве моста через пролив с использованием уралия соучредители думали и даже примерные расчёты его стоимости набросали. Получалось раз в тридцать дешевле, чем у собирающейся взяться за строительство нового моста госконторы. Было понятно, что лезть в эту свалку, где боролись за такие деньги, чревато – лучше уж потихоньку строить небольшие мосты и аэродромы, получать свою законную прибыль и вкладывать её в будущее России. Но тут поступил призыв от главы государства подставить плечо помощи, и от этого было глупо отказываться. Видно, поняли главные пильщики бюджета, что в этот раз дело настолько сложное, что можно и потерять деньги, а объект не построить. А если даже построить, то в случае нового землетрясения вполне вероятно провести остаток жизни где-нибудь в районе Магадана на руднике с кайлом в руке. В этом вопросе замешана большая политика, и перевести строительство в долгострой никак не получится. Голову вмиг открутят, невзирая на покровителей и откаты.