Ответный удар [СИ, огрызок]

— Леша, ты многого не знаешь. И даже не представляешь, какой объем работы мы проделали и что раскопали. Я не могу пока тебе об этом рассказать, по соображениям секретности, — продолжал напирать Сергей Иванович. — Потому, что если тебя захватят и узнают информацию, сделают всё, чтобы воспрепятствовать нам. Нас всех уберут в течение суток, не считаясь ни с какими расходами и будущими проблемами. И меня, и тебя, и Петра Ивановича, и даже Машерова. Дело такое, что если мы донесем его до членов Политбюро, это произведет эффект разорвавшейся бомбы. Но не все ещё готово. Нужно ещё время, чтобы всё сделать как надо. Поэтому, поверь, лучше тебе некоторое время посидеть на Кубе. Нам спокойнее будет. Когда всё подготовим, выдернем тебя обратно, не волнуйся.

— Нет. Я остаюсь тут. Точка, — мое лицо оставалось бесстрастным. — Хочу активно участвовать во всех событиях. Как и раньше. Иначе сбегу. Все равно доверенных людей у вас единицы. Каждый человек на счету. И я в том числе. А со своими возможностями, тем более.

Капитан некоторое время сверлил меня глазами, стиснув челюсти и играя желваками на скулах. Я был уверен в своей правоте, и твердо встретил его тяжелый, давящий взгляд. Некоторое время мы смотрели друг на друга. Затем капитан вздохнул и сказал:

— Ладно. Твоя взяла. Петр Иванович предсказывал, что ты так ответишь. Мы вынуждены пойти тебе навстречу. Значит так, понадобится ещё пара дней, чтобы подготовить документы. И начинаем действовать. По легенде будешь моим сыном, а Вася твоим старшим братом. И с новой мамой тебя познакомлю, — ухмыльнулся капитан. — Уверен, она тебе понравится. Главное, с тобой постоянно должен находиться один-два наших человека. Жить будешь здесь и не только, с Иваном Дмитриевичем я уже договорился. На операции, в зависимости от поставленной задачи, выезжаем всей семьей или ты с кем-то из родственников. Но тебе придется изменить внешность.

— У меня тоже есть право голоса и свои предложения, — напомнил я.

— Хорошо, я тебя внимательно слушаю, — бесстрастно ответил капитан.

— У Петра Ивановича, насколько я знаю, намечается встреча с Григорием Васильевичем Романовым. О ней должен договориться Машеров. Уже известно, когда она произойдет?

— Нет. Петр Миронович, как раз завтра едет в Ленинград. Для всех, отвезти семью в город Октябрьской революции, погулять, сходить в Эрмитаж. На самом деле, чтобы встретиться с Романовым. Договоренность об этом уже есть. После их встречи будет известно, когда Григорий Васильевич может уделить время Ивашутину. Машеров будет просить, чтобы это произошло как можно быстрее, хотя бы сразу после Нового Года.