Часовой [The Sentinel-ru]

— Например?

— Возьмем предыдущий инцидент. В котором участвовал Расти Резерфорд. У инспектора Гудиэра осталось чувство, что вы были с ним не вполне откровенны. Давайте поговорим начистоту, и тогда я позабочусь о том, чтобы вы вышли отсюда.

— Поговорим начистоту? Но как? Какие-то типы пытались похитить Резерфорда. Я им помешал. Вот и все, тут и говорить больше не о чем.

— Некоторое время вы шли по тротуару за Резерфордом, верно?

Ричер кивнул.

— Вы, случайно, не заметили, бросал ли он что-нибудь? Скажем, в мусорную урну или в канализацию?

— Нет.

— А после того, как вы вмешались, но перед тем, как прибыла полиция, он не пытался что-то спрятать?

— Нет.

— Что-нибудь совсем маленькое. Ключ, например, или флешку.

— Нет, ничего он не прятал.

— Вы не видели, он отправлял что-нибудь по почте?

— Нет.

— В ресторане вы наверняка разговаривали. Он что-нибудь говорил о хранилище памяти? Или о персональной банковской ячейке?

— Нет.

— Он не упоминал о том, что недавно ездил куда-то?

— Нет. Зато он точно говорил, что через пару дней отправится в свой рыбацкий домик в Новую Шотландию. А когда достал бумажник, чтоб расплатиться за обед, я заметил у него там мексиканский паспорт. И билет на самолет. И пачку валюты в песо.

Уоллуорк закрыл блокнот и положил на стол.

— Вы что, смеетесь надо мной, мистер Ричер?

— С какой это стати? Это вы смеетесь надо мной, инспектор. Или лучше называть вас просто агент?

Уоллуорк ничего не ответил.

— Тут дело немного в вашем костюме, — продолжил Ричер. — В ваших вопросах тоже. Но главным образом — в ваших туфлях.

Уоллуорк невольно опустил глаза на свои ноги.

— Держу пари, они обошлись вам в три раза дороже, чем туфли инспектора Гудиэра. И еще держу пари на тысячу баксов, что он бы с вами меняться не стал. Даже если б они были его размера и новенькие. Посмотрите сами. Подошва не пружинит. Носок плотно облегает пальцы. Кожа тонкая. Ни один коп такие носить не станет.

Уоллуорк сделал медленный, долгий вздох:

— Я знал, что это ошибка. Читал ваш послужной список. И с самого начала хотел быть с вами до конца честным, но начальница была против. Сказала, что лучше схитрить. Я понимаю, что теперь просить, чтобы вы доверяли мне, было бы слишком, но посмотрите на дело под таким, например, углом. Я бы мог просто уйти. От всего отказаться. Сказать, что этого разговора не было. Но я этого не сделаю. Я выложу вам всю правду.

Уоллуорк достал бумажник, вынул ламинированную карточку и поместил ее на столе рядом с блокнотом. В центре ее был сине-белый орел. В одной лапе он держал пучок стрел числом тринадцать. В другой — оливковую ветвь с тринадцатью листиками и тринадцатью ягодами. С левой стороны — щит, на котором символически изображены горы, с правой — водная поверхность. По внешнему кругу читалась надпись: «США. Министерство национальной безопасности». А под этим — «Джефферсон Уоллуорк, оперативный сотрудник, бюро инфраструктурной безопасности».